Maof

Wednesday
Mar 29th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 
«На Востоке всегда было принято нападать на врага внезапно, в нарушение всех ранее достигнутых договоренностей. Это считается не только признаком «хорошего тона» (как и нападение только на тех, кто слабее тебя), но и наиболее приемлемым способом ведения войны. Слабых и «благородных» на Востоке всегда презирали, а уважали только сильных, жестоких и вероломных».          Удивительно, но факт: война на северных рубежах Израиля и на сопредельной территории Ливана идет уже почти месяц, а общепринятого названия у неё до сих пор нет. Как, впрочем, нет пока и самой «войны», если судить по официальной правительственной терминологии. Есть лишь «военная операция», которая, опять-таки, все еще остается практически безымянной (периодически всплывающее в прессе её ранее кодовое название - «Достойная расплата» - как-то не прижилось). На самом деле, такой казус не случаен и весьма опасен, и это отнюдь не филологическая проблема. Название войны (или, если так удобнее, военной операции) определяет её конечную цель и тем самым психологически мобилизует солдат на фронте и гражданское население в тылу (если какой-либо район Израиля можно сегодня считать тыловым).
         …Когда 23 июня 1941 года в радиоэфире прозвучали слова зажигательной песни «Гнилой фашистской нечисти загоним пулю в лоб!» (с припевом «Идет война народная, священная война»), советским людям стало предельно ясно: период дружбы национал-социалистической Германии с просто социалистическим Советским Союзом закончился раз и навсегда. Ясно было и то, что состав с пшеницей и нефтяными цистернами, который проследовал в западном направлении через брестский железнодорожный мост за час до начала гитлеровской атаки, на данном историческом этапе был последним – до окончания войны.
         Точно также и в июне 1982 года военная операция ЦАХАЛа против террористов Ясера Арафата (она же, исходя из сегодняшней реальности – первая ливанская война) была названа просто и понятно – «Мир для Галилеи», хотя формальным поводом для неё послужило покушение на израильского посла в Лондоне. А вот сегодня – ни то, ни сё...  Более того – война на Севере идет полным ходом, люди, задыхаясь в бомбоубежищах, не могут выйти на улицу даже для того, чтобы купить детям молоко, а гуманное израильское правительство, как сообщает сайт Ynet, направляет братскому населению сектора Газы автопоезда (16 грузовиков) со щедрой гуманитарной помощью...
       Однако вернемся к прикладной филологии в военное время. Пытаясь хоть как-то исправить ненормальную ситуацию в этом вопросе, редакторы Интернет-сайта газеты «Маарив» еще в конце июля даже объявили опрос-конкурс: «Как назвать нынешнюю войну?».
        На выбор предлагалось три варианта ответа. Первый из них -  «Хватит!» («Ад кан!») – был заимствован из речи Эхуда Ольмерта, произнесенной им вскоре после пограничной провокации «Хизбаллы» 12 июля. Предлагалось также (как одна из версий ответа) закрепить за нынешней ливанской кампанией определение министра обороны Амира Переца – «Война траурного периода» («Милхемет бейн-а-мейцарим»), тем самым, ограничивая рамки нынешнего военного противостояния тремя неделями между религиозно-историческими постами 17 таммуза  и 9 ава. И, наконец, третий вариант звучал так – «Не важно, как назвать эту войну – лишь бы она поскорее закончилась».
        Опрос продолжается до сих пор, и на данный момент (полдень 9 августа) в нем приняли участие уже около 33 тысяч человек. Пока что, с небольшим перевесом, лидирует третья версия, хотя сегодня уже совершено ясно, что ни один из трех предложенных вариантов не является, как сейчас модно выражаться, «релевантным». Война не закончилась 9 ава (3 августа), да и вообще перспектива её быстрого завершения (с названием или без) пока не слишком заметна. Между тем, с обозначением нынешней военной кампанией, и, как следствие, с отношением к ней до сих пор не определились и представители национально-религиозного лагеря. А для этой группы населения  (точнее, для религиозных сионистов или «вязаных кип») обозначение войны имеет принципиальное значение.
      В тексте Торы предусматриваются две разновидности войны. Одна из них -  обязательная («милхемет-мицва»), когда речь идет о спасении народа и Страны Израиля, и после объявления которой в действующую армию должны идти даже «жених и невеста из-под хупы». Однако существуют войны, на которые религиозный еврей может идти и по свободному выбору – «милхемет-брера» или «милхемет-рашут».
       Все было более или менее ясно еще неделю назад  - до проблемной речи Эхуда Ольмерта, которая вызвала недоумение даже у лидера партии МЕРЕЦ Йоси Бейлина. Впрочем, не исключено, что глава правительства решил запустить «пробный шар», сообщив зарубежным корреспондентам о взаимосвязи успешного исхода нынешней ливанской кампании с успешной реализацией «программы свертывания». Если это действительно было так, премьер-министр Израиля своим заявлением добился лишь одного – внёс еще больший «разброд и шатания» в религиозно-поселенческий лагерь, который еще не оправился от «размежевательного» шока годичной давности.
 

Война за что?

       Поначалу свое возмущение словами Ольмерта выражали вполголоса «безымянные солдаты», но уже в конце прошедшей недели 32-летний сержант запаса Ави Авлу из поселения Эфрата в Иудее (бывший боец дивизии «Голани») решил протестовать открыто. В пятницу, 4 августа, его отказ воевать за успешную реализацию «программы свертывания» поддержала глава парламентской фракции партии «Наш дом – Израиль» Эстерина Тартман, пояснив при этом, что речь идет о данном конкретном случае, а не об одобрении армейского дезертирства в принципе.
        Официальные СМИ несколько дней пытались не обращать внимания на феномен «правого отказничества», но 7 августа на портале NRG-Maariv все же появился репортаж на эту тему, подготовленный журналисткой Эфрат Форшер. В качестве заглавия была использована фраза из интервью с Ави Авлу: «Я считаю, что это справедливая война, но методы её ведения преступны».
        Как выяснилось, бывшего солдата бригады «Голани», который репатриировался в 16-летнем возрасте из Нью-Йорка специально для того, чтобы служить в ЦАХАЛе, возмущают не только те или иные слова главы правительства. Он считает порочной принципиальную тактику ведения войны в целом, когда во главу угла ставится безопасность «мирных жителей» Ливана, не скрывающих своей солидарности с боевиками «Хизбаллы». Да и сами террористы сейчас предпочитают носить гражданскую одежду, удерживая настоящее «мирное население» в качестве «живого щита».
        «Я готов быть гордым солдатом Армии Обороны Израиля, которая воюет в соответствии с главным принципом нашей традиции – делать все возможное для сохранения жизни и безопасности евреев, - сказал Ави Авлу корреспонденту «Маарива». – Но я не собираюсь быть орудием в руках тех, кто использует армию для реализации непонятных целей с туманными перспективами».
       Еще более резко высказалась журналистка Шоши Гринфельд, чей брат Иегуда – житель поселения Маале-Михмас – стал жертвой безалаберности армейского командования, разместившего десятки резервистов на открытой местности в прифронтовой полосе 6 августа. Выступая на похоронах, убитая горем женщина не стеснялась в выражениях, что вполне объяснимо – и с эмоциональной, и с фактической точки зрения:
         «Для людей в черной форме, которых власти направили разрушать Гуш-Катиф, были заблаговременно построены защищенные и хорошо оборудованные лагеря, - сказала Шоши Гринфельд. -   Потому, что в стране год назад была объявлена новая война – война с поселенцами, и к ней, как раз, правительство подготовилось очень хорошо. Но тебя, мой дорогой брат, оставили без прикрытия, незащищенным перед «катюшами», потому что нынешнему руководству на тебя наплевать. Они ведь уверены, что им не придется платить цену за свои преступления, а их дети давно сбежали заграницу».
       Далее сестра погибшего военнослужащего выступила с политическим призывом: «Я умоляю всех  друзей Иегуды, всех участников «оранжевого движения»: возвращайтесь домой сейчас, - до того, как вас привезут в гробу. После завоеванной вами победы придут люди в черной форме и изгонят из дома ваших вдов и сирот. Не надейтесь, что они пожалеют их только потому, что вы погибли на этой войне».
      Между тем, не только главный раввин ЦАХАЛа, бригадный генерал Исраэль Вайс, которого «оранжевые» прогнали с похоронной церемонии, назвав его соучастником уничтожения Гуш-Катифа, но и Совет раввинов Иудеи и Самарии выступил против «правого отказничества». Как заявили члены «Совета» 7 августа - в день похорон погибших резервистов - отказ от мобилизации в нынешних условиях равносилен нарушению важнейшего принципа Торы - «Не стой на крови ближнего своего».
         «Сейчас речь идет о крови и жизни жителей северных районов Израиля, - говорилось в пресс-релизе «Совета раввинов», - Таким образом, военнослужащие ЦАХАЛа участвуют в войне, от которой нельзя уклонятся («милхемет-мицва»), так как народ Израиля сейчас находится в опасности».
        В этом же обращении представители «Совета раввинов Иудеи и Самарии» повторили уже высказанное ими ранее мнение о том, что авиация и другие современные средства ведения войны должны применяться в Ливане без каких-либо оглядок на «мирных жителей», которых «Хизбалла» использует в качестве «живого щита». «В ходе боевых действий ЦАХАЛ не должен руководствоваться принципами «христианской моралью» - подчеркнули раввины.
 

Трудности перевода

        Последняя часть этой декларации далеко не бесспорна. «Христианская мораль» руководства США, которая проявляется и в завершающих словах любой президентской речи («Да благословит Бог Америку!»), и даже в надписи на долларовых купюрах («В Бога мы верим!»), не мешала и не мешает Пентагону планировать боевые операции без оглядки на «мирных жителей» где бы то ни было – от Панамы и Сомали до Ирака и Афганистана.
        Об этом пишет, в частности, американист и востоковед Йорам Этингер» в статье, которая была напечатана в газете «Едиот ахронот» в начале нынешней недели под красноречивым заглавием «Мы разочаровали Америку». В этой публикации, в частности, говорится: «Когда руководители США дали нашим политикам «карт-бланш» на проведение крупномасштабной военной операции в Ливане, они рассчитывали, что ЦАХАЛ получит приказ действовать в полную силу, быстро и решительно, как это было раньше. Но этого не произошло. Очевидно, наши лидеры не понимают, что по автобану, рассчитанному на скорость движения не менее 120 километров в час, нельзя двигаться в два раза медленнее».
      Любопытно, что эту же мысль, со ссылкой на членов американской администрации, высказал в интервью из Вашингтона для радиоканала «Решет бет» корреспондент «Голоса Израиля» Ярон Декель, которого трудно обвинить в «правом экстремизме». На этой же радиоволне в конце минувшей недели прозвучало  мнение  востоковеда  и политолога Гай Бехора, который заявил о том, что современное руководство Израиля пока не владеет особым «ближневосточным языком», напрочь проигрывая информационную войну арабским СМИ. По мнению Бехора, этот язык учитывает главную особенность ментальности жителей стран Востока, для которых важны не только и даже не столько реальные факты, сколько их интерпретация.
       Об этом прекрасно знал, например, бывший президент Египта Анвар Садат, который говорил о том, что успех в любой войне на 80% состоит из победы на психологическом фронте. Именно по его инициативе в Каире 6 октября проходят военизированные «парады победы» в ознаменование «разгрома армий сионистского врага» в войне 1973 года.
         «Следует обратить внимание и на то, что Хасан Насралла и другие главари «Хизбаллы» несколько раз повторили фразу о том, что они не ожидали решительного ответа Израиля на пограничную провокацию 12 июля, - продолжил Гай Бехор. – Это удивление основано на том, что главари «Хизбаллы» привыкли считать «фактор внезапности» лишь своим преимуществом». Кроме того, профессиональный востоковед высказал и такую мысль:
       «На Востоке всегда было принято нападать на врага внезапно, в нарушение всех ранее достигнутых договоренностей. Это считается не только признаком «хорошего тона» (как и нападение только на тех, кто слабее тебя), но и наиболее приемлемым способом ведения войны. Слабых и «благородных» на Востоке всегда презирали, а уважали только сильных, жестоких и вероломных».
      Конечно, можно не соглашаться с этим мнением, продолжая опираться на марксистский принцип, выраженный словами почтальона Печкина из советского мультика: «Я потому был злой, что у меня велосипеда не было!». Сегодня велосипедов и «Мерседесов» у «угнетаемых арабов» вполне достаточно. Как и «катюш» с гранатометами российского производства. Но добрее они почему-то от этого не становятся. Наверное, просто не понимают наш благородный язык…

«Новости недели», 10.08.06

Еженедельные новости


Прекрасный Израиль