Maof

Thursday
Dec 08th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
Каждый пишет, что он слышит,
Каждый слышит, как он дышит
Как он дышит, так и пишет,
Не стараясь угодить...
Так природа захотела.
Почему - не наше дело,
Для чего - не нам судить.
Б. Окуджава


Спор вокруг Чехова привлек мое внимание как пример достаточно типичного для нашего брата – русскоязычного еврея – стремления, "отмазать" от антисемитизма выдающихся деятелей великой русской культуры. Как только ни оправдывали Пушкина и Гоголя, Чехова и Куприна… впрочем, они и в самом деле антисемитами были не больше и не меньше, чем вся их среда, еврейский вопрос определенно не входил в сферу их интересов – но уж Достоевского-то, антисемита совершенно зоологического, как только ни отмывали… За Льва Толстого один еврей так распереживался, что под его именем свою (или другого еврея?) филосемитскую статью опубликовал:

В 1908г. в варшавском еженедельнике на идиш «Театр велт» появилась статья за подписью Толстого «Что такое еврей?», которая позже перекочевала в другие издания. Однако в 1931г. в парижском «Рассвете» было указано, что статья эта принадлежала перу Г. Гутмана и была опубликована в «Еврейской библиотеке». (СПБ, 1871, т.1)
(https://blogs.7iskusstv.com/?p=50603)

С чего бы это?

Ведь каждому понятно, что человек, даже гениальный, все-таки не более чем человек. Всем известно, что создатель русского литературного языка А.С. Пушкин премерзким характером обладал, бесцеремонно оскорблял окружающих и не пропускал ни одной юбки. Что Лев Толстой на старости лет дурью маялся, отравляя существование жене и детям, а Гоголь – так и вовсе свихнулся. Что тот же Достоевский игроком был и сущим скандалистом.

Но любим-то мы их не за это… (https://dandorfman.livejournal.com/3281609.html?ila_campaign=medius&ila_location=category_semya&ila_context=semya_block) Такого мнения придерживаются все верные читатели классиков, независимо от расы, национальности и вероисповедания. Так почему же вы, дорогие мои соплеменники, никак не можете примириться с (даже гипотетическим!) антисемитизмом любимых авторов? А потому что напоминает он нам о факте, который мы изо всех сил стараемся забыть: Нас здесь не стояло.

Нет, конечно, далеко не все русские, немцы, французы и прочие представители христианской цивилизации всегда хотели нас изгнать или уничтожить, многие видели пользу взаимовыгодных экономических отношений, некоторые изредка даже сочувствовали. Но никогда им в голову не приходило, считать нас за своих, причем, при полной взаимности: мы их тоже большую часть прошедших двух тысячелетий за своих не считали. Ассимиляция в Европе – дело сравнительно недавнее, и в общем-то непонятно, с чего мы взяли, что они должны принять нас с распростертыми объятиями.

Пусть наивно звучит требование Виктора Астафьева, запретить нам исследовать Пушкина – он, ведь, бедняга, академиев не кончал, не догадывался, что автор диссертации о китайской поэзии -надцатого века не обязан китайцем быть, достаточно быть синологом. Но ведь синолог, если он, положим, швед или афроамериканец, как правило, не претендует на то, чтоб его в Китае считали "таким же, как все", даже если говорит и пишет по-китайски виртуознее, чем какой-нибудь тамошний Саша с Уралмаша.

Вот вам еще пример, сколь причудливы бывают иной раз воззрения прекрасных поэтов. Из дневника Давида Самойлова (он же Ка́уфман Дави́д Самуи́лович):

Процесс ассимиляции неизбежно болезнен. Отказавшись от исключительности, евреи должны принять низовую, самую бесславную роль в обществе, роль низшей касты. Этим страданием, этой дискриминацией они искупят идею исключительности и докажут, что принадлежность к культуре и есть принадлежность к нации.
(http://lvov.judaica.spb.ru/rusj.shtml#port)

Но это ж, простите, чушь собачья! Идею нашей исключительности и христиане, и мусульмане поддерживают не меньше, а как бы еще не больше нашего (не важно, с каким знаком: плюс или минус), пусть же они тогда ее вместе с нами и искупают! Принадлежность к себе каждая нация определяет сама, по своим критериям, и как решит – так тому и быть, и доказывать нечего.

Да и чем доказывать? Тем, что по-русски пишешь? Удивил Москву селедкой! Вавилонский Талмуд написан на арамейском, Рамбам на арабском писал, Раши непонятные слова из Писания объяснял на старофранцузском, Гейне сочинял по-немецки, Шолом Алейхем – на идиш, который тоже есть один из диалектов немецкого, сефарды на ладино говорят, а испанцы их понимают, бухарцы без проблем иранское радио слушают, но как-то вот нигде и никогда это не увязывалось с отказом от еврейской культуры, хотя культурное влияние "почвенных наций" соответствующих диаспор отрицать, разумеется, невозможно.

Все на свете народы друг у друга всегда заимствовали, но одно дело – у другого заимствовать, что подходит, и совсем другое – отказаться от своего. Можно сколько угодно говорить, писать и думать по-русски, покуда любую тему рассматриваешь с еврейской точки зрения, будь она хоть историей умирающей от скарлатины пионерки. Не обязательно под углом: "А хорошо ли это для евреев?", - но всегда с привлечением еврейской истории, еврейского опыта. Не потому, что сознательно ставишь себе такую цель, а просто потому, что это твоя (пусть неосознанная, но естественная) точка отсчета.

И если с той же точки взглянуть на антисемитизм Шекспира или Пушкина, то окажется он пусть неприятной, но нормальной особенностью их культуры. При желании можно даже разобраться, как это сложилось исторически, ничего страшного: они – это они, а мы – это мы. Достоевский – антисемит? Ну а Брехт, например, коммунист, но я, при всем своем абсолютном неприятии коммунизма, от его произведений в полном восторге, то же самое могу сказать о Бернарде Шоу, и любимый ануевский "Жаворонок" с экзистенциализмом меня не примиряет. Я Ханну Арендт читаю как роман, хотя она самым несолидным образом шипит и плюется при виде всяческих нецивилизованных "восточных" из черты оседлости, т.е. именно таких как я.

В спор об антисемитизме Чехова вмешиваться не собираюсь, но если даже вдруг окажется, что он, таки да, антисемит, не в Чехове ведь проблема, проблема в нас. Чего мы от него ждем: хороших книжек, которые читать интересно, или признания нашего права на принадлежность к русской культуре? А зачем нам признание принадлежности к чужому? Или своего у нас нету? Вон литература какая, в том числе и на русском языке!

Никто не мешает, не запрещает нам уважать и любить чужое, если оно того достойно, не примазываясь к нему. Проблема возникает лишь при попытке ассимиляции: как идентифицировать себя с культурой, решительно и однозначно не желающей признать в тебе "такого же как все"? Одно дело, волею судеб оказаться в роли "низшей касты", и совсем другое – вживаться в эту роль в тщетной надежде пробиться в касту высшую.

Тут-то и возникает самоненависть типа Отто Вейнингера или Шломо Занда, или самоистязание типа Давида Самойлова. Другой вариант – искать увертки: Нет-нет, это было давно, это больше не повторится! Ну что вы, классик же такой талантливый, как он может антисемитом быть? И вообще, он не поросенок, а только поросячьими духами прыскается!

Есть, впрочем, вариант еще и третий. Впервые он был опробован, кажется, на нашей доисторической в 20-х годах прошлого века: культура, практикующая различие свой/чужой, права на существование не имеет, она должна быть заменена другой, правильной и общечеловеческой. Чтобы был каждый по определению "такой же как все", чтобы морально (а лучше уж сразу юридически!) недопустимо было о различиях даже помышлять.

Ни одна из реально существовавших или существующих культур человечества таким требованиям, понятно, не соответствовала. Пришлось, стало быть, до основания, а затем…

И пошли тут славные культуртрегеры войной на все и всяческие основания: и памятники сносили, и в школах идеологию учили вместо таблицы умножения, и голыми по улицам бегали, и Пушкина сбрасывали с корабля современности… Но вот "затем" как-то не состоялось, ибо надо было готовиться к войне за мировую революцию, а гадов-империалистов, как того ежа, голым задом не запугаешь. Хотя в дальнейшем мировая революция накрылась медным тазом, но дел успели понаделать немало, и по сю пору не утихают дискуссии, что ж осталось от Москвы да от Расеи.

Но Европа и Америка не учатся на чужих ошибках, они хотят делать свои и с энтузиазмом водят хороводы на тех же граблях, вдохновляясь тем же идеалом, сделать каждого "таким же как все". Открывают границы, спецматематику изобретают для черных (поклон от "арийской физики"), извращают классику, памятники крушат, и американские евреи все как один встают на защиту бедных палестинцев, которых гадкий Израиль никак не желает своими признавать.

Супер-пупер гуманисты с радостью признают своим кого угодно, но… как-то вот, без взаимности. Ни турки в Германии, ни арабы во Франции (да и у нас, между прочим), ни черные в Штатах носителей Западной культуры равными себе признавать не спешат. Просто опрокидываются песочные часики: если кто был ничем, всем станет, тот, кто был чем-то, станет автоматически ничем. Отвергающий свою культуру, в чужой не будет своим, но, как правильно отметил Самойлов, должен принять низовую, самую бесславную роль в обществе – роль низшей касты.

https://kassandra-1984.livejournal.com/129888.html