Maof

Sunday
Feb 25th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
В канун  встречи Биньямина Нетаниягу с президентом Обамой и в США, и в Израиле вновь раздались голоса, утверждающие, что без прекращения еврейского строительства в Иерусалиме, или того, что палестинцы называют «иудаизацией Иерусалима», так называемый мирный процесс невозможен. Особенно резкой критике подвергся в эти дни мэр столицы Нир Баркат, решивший снести часть (только часть!) незаконных арабских построек в квартале Шилоах (Сильван). Ну, а решение муниципальной комиссии по строительству утвердить планы возведения в Иерусалиме новых еврейских кварталов были объявлены едва ли не главной причиной кризиса в американо-израильских отношениях.

Однако, тем, кто выступает сегодня против «иудаизации Иерусалима» стоит  хотя бы один раз пройтись по Иерусалиму и познакомиться с историей тех самых мест, в которых сегодня селятся евреи. И тогда, возможно, они поймут, что куда правильнее говорить о еврейской реконкисте – попытке вернуть хотя бы часть того, что было некогда отнято у евреев арабскими погромщиками. 

Страсти по Шилоаху 

Когда заходит речь о сносе арабских домов в Сильване-Шилоахе, Ицхак  Фишелевич просто показывает фотографии этого района, сделанные с птичьего полета, сделанные до 1967 года. Оказывается, еще во времена мандата, оценив историческое значение этих мест и поняв, какие сенсационные открытия могут ждать здесь археологов, англичане запретили здесь вести какое-либо строительство. По сути дела, идея создания здесь историко-археологического заповедника принадлежит именно им. На аэрофотосъемке Шилоаха 1967 года четко видно, что большую его часть покрывают кусты и деревья. На снимках последних лет этих кустов и деревьев вы уже не найдете – их попросту вырубили, чтобы возвести на этом месте те самые незаконные дома, которые сегодня подлежат сносу. Это широкомасштабное незаконное арабское строительство велось в этом районе при полном попустительстве городских властей и правительства. Это – уж не говоря о том, что в свое время в Шилоахе жило немало евреев, которых просто выбросили из их домов.

И вот  сейчас, когда Нир Баркат просто пытается восстановить в этом районе власть закона, это и вызывает яростное сопротивление арабов, прекрасно помнящих о том, в чьих домах они живут и где именно здесь некогда стояли синагоги. И, одновременно, местные арабы прилагают все усилия для того, чтобы выжить их района поселившихся здесь в доме «Бейт-Йонатан» семь еврейских семей и не допустить возрождения в Шилоахе деятельности старой синагоги, построенной выходцами из Йемена.

Такова  правящая сегодня в Иерусалиме логика абсурда: фактические оккупанты требуют узаконить результаты присвоения ими чужой собственности и называют оккупантами законных хозяев.

- Проблема  заключается в том, что многие  и коренные израильтяне, и,  тем более, новые репатрианты, не говоря уже о представителях зарубежных стран не знакомы ни с реальной историей, ни с географией Иерусалима. Поэтому с готовностью повторяют мантры о том, что евреи «должны уйти с оккупированных территорий», «вернуться за зеленую черту» и т.п. Однако, когда их знакомят с реальными фактами, показывают на местности, где проходит эта самая «зеленая черта», у них округляются глаза, и они начинают понимать, какая реальность кроется за этими словами, - объясняет Анна Антопольская, создавшая пять лет назад вместе с Машей Писецкой-Зболинской амуту «Место встречи».

Все эти  годы амута, помимо всех прочих направлений  своей деятельности, организует для  выходцев из СССР-СНГ (а в последнее  время и для туристов из различных  стран) экскурсии по Иерусалиму, Иудее  и Самарии с тем, чтобы объяснить людям, что евреи не хотят ничего чужого – им бы вернуть свое.

- Возьмите  ситуацию в квартале Шимон  а-Цадик, который арабы упорно  называют Шейх-Джорахом, - продолжает  Аня. – Сегодня уже никто  не отрицает, что евреи там  селятся в законно принадлежащих им домах, стоящих на купленных ими землях. Но вспомните, к каким только ухищрениям не прибегали арабы, чтобы не допустить возвращения туда евреев. Сначала они попытались подделать документы на владение землей, для чего направили своих представителей в Турцию. На наше счастье изготовленная там фальшивка была настолько низкопробной, что суд вынужден был это признать. Тогда они прибегли к закону о так называемом «защищенном жилье», то есть заявили, что их нельзя выселить из этих домов потому, что они живут в них несколько десятков лет. Но тот же закон требует о таких жильцов выплачивать арендную плату и все полагающиеся в таком случае налоги. Когда от них потребовали внести эти деньги, арабы отказались. И после этого они израильские левые продолжают утверждать, что вселение евреев в еврейские дома было незаконно!

Ведущий гид амуты «Место встречи» Ицхак  Фищелевич и стал моим «Овидием» по так называемому Восточному Иерусалиму, в котором, вопреки всему, пусть медленно, но верно возрождается еврейское присутствие. 

«Зеленая  черта – у нас в головах» 

Эти слова  произнесла во время нашего разговора  Шира Ганц, относительно недавно поселившаяся вместе с мужем и четырьмя детьми на Масличной горе, неподалеку от расположенного здесь еврейского кладбища. Сейчас в этой части Масличной горы проживает две еврейские семьи, но не исключено, что вскоре их станет больше.

Как выясняется из нашего разговора, еще не так давно Ширу звали Ирой. В 1990 году она репатриировалась вместе с родителями в Израиль. Затем была учеба на факультете музыки Иерусалимского университета, курсы для офицеров ВМФ ЦАХАЛа, служба и то, что не очень верно переводится на русский как «возвращение к ответу». На Масличную гору семья Ганц перебралась из все того же квартала Шимон а-Цадик – выделенная им там квартирка была просто мала для молодой, пополняющейся детьми семьи.

- Ну, хорошо, - говорю я, - я могу понять ваше  возвращение к иудаизму. Но почему  Шимон а-цадик? Почему Масличная  гора?! Зачем селиться среди арабов  и искать приключений?!

- Тогда можно спросить и так: «Почему Израиль? Почему Иерусалим?» - отвечает Шира. – Без осознания того, что это – наша земля, нашей связи с ней; что ситуация, когда евреи не могут жить и боятся ходить по какой-то части Иерусалима, бессмысленным становится абсолютно все.

- Я обратил  внимание, что вы даже не запираете  калитку дома. Совсем не боитесь?

- Страх  возникает тогда, когда человек  не чувствует уверенности в  своей правоте. Как я уже  сказала, ненормально это как  раз, когда евреи боятся жить  в какой-то части Иерусалима, - отвечает Шира.

Любопытно, что почти такой же ответ чуть позже мне даст Яэль Штернберг, живущая  вместе со своей семьей за Шхемскими  воротами, в самом сердце арабского  квартала. Семья Штернберг перебралась  в Иерусалим из разрушенного в  рамках печально известного «одностороннего размежевания» Хомеша, и калитка ее окруженного со всех сторон арабами дома тоже была открыта, так что войти в нее мог любой.

- Я просто поняла, что если мы будем постоянно бояться и запираться на замки, то будет только хуже. Вот тогда и возникнет страх: мы начнем прислушиваться к каждому скрипу, к каждому шороху. Но вот этого как раз нельзя допустить. И потом, я хорошо помню теракты в поселениях во время второй интифады. Тогда террористы проникали в еврейские дома в поселениях, несмотря на то, что они были заперты. Нет, думаю, как раз самое глупое – это бояться. Тому, кто чувствует себя хозяином, бояться нечего, - сказала Яэль.

Со двора  дома Ширы Ганц открывается вид на квартал Маале-Зейтим – тот самый, в котором уже построены десятки еврейских домов и сейчас продолжается оживленное строительство, о чем свидетельствуют работающие краны. Тот самый, по поводу которого продолжают бушевать страсти и на который пеняют нам американцы.

- Земля,  на которой стоит этот квартал,  и еще десятки окружающих его дунамов была в свое время куплена волынскими хасидами и ХАБАДом, о чем есть все документы, - говорит Ицхак Фишелевич. – Затем ее приобрел Эрвин Москович. Все, как обычно: евреям приходится по несколько раз платить за покупку одного и того же участка земли.

С Масличной  горы мы отправляемся в Старый город, где, если верить газете «Гаарец», евреи  то и дело пытаются незаконно вселиться  в тот или иной дом, нарушив  тем самым права проживающих  здесь арабов… 

Кто в  доме хозяин? 

- Тот,  кто думает, что большинство населения Старого города Иерусалима всегда составляли арабы-мусульмане, глубоко заблуждается. Все исторические документы однозначно свидетельствуют о том, что в начале ХХ века 55% населения Старого города составляли евреи, - рассказывает директор амуты «Атерет коаним» Даниэль Лурия. - Здесь действовало множество синагог и ешив, и здесь необычайно активно приобретали дома религиозные общины, богатые еврейские купцы, а затем и приверженцы политического сионизма. Помните, какой шум был поднят в конце 80-х годов, когда Ариэль Шарон вдруг решил приобрести квартиру в Старом городе? Как его только тогда не называли – провокатором, разжигателем ненависти между народами и т.д.! Но истина-то заключалась в том, что Арик купил квартиру в доме, который за столетие до него приобрел богатый купец из Витебска Витенберг. Он решил передать этот дом еврейским беднякам, и тогда в нем размещалось несколько десятков небольших квартир. Здание так и называлось – «Дом Витенберга». Эта инициатива Шарона в итоге привела к тому, что «Дом Витенберга» был полностью выкуплен евреями, и сейчас в нем живет десять семей. То же самое касается и других домов, которые с помощью нашей амуты были заселены евреями.

Даниэль Лурия подчеркивает, что амута  «Атерет коаним» сама не приобретает дома – это дело частных предпринимателей. В ее задачу входит их обживание евреями, обеспечение им нормальных условий для жизни.

Впрочем, нормальной такая жизнь пока может  считаться только условно: в каждом доме присутствует вооруженная охрана, в задачу которой входит не только обеспечение безопасности самого дома, но и сопровождение живущих здесь детей в школу или даже просто на игровую площадку. Значительная часть этих охранников, как легко догадаться составляют «русские» ребята, прошедшие службу в элитных частях ЦАХАЛа. По их словам, никаких «особых инцидентов» в последнее время вокруг этих домов не было. То есть, конечно, когда они ведут детей в школу, арабы часто осыпают их проклятиями и оскорблениями; было несколько случаев, когда они пытались забросать их камнями, но к этому привыкаешь…

Узнать  дома, принадлежащие сегодня евреям в Старом городе, просто – над ними обычно развеваются израильские флаги. Когда мы оказываемся в прохладных полутемных дворах этих домов, Ицхак Фишелевич с увлечением цитирует Шая Агнона, в рассказах которого оживает не такое уж далекое прошлое. В них эти дома снова оказываются полны евреев, ютящихся в крохотных квартирках в одну-две комнаты; жарящих, парящих, стирающих, молящихся в синагогах, склоняющихся над томами Гемары в ешивах и ни в коем случае не чувствовавших себя здесь чужаками. Скорее наоборот: чужаками себя тогда на многих улицах Старого города чувствовали именно арабы.

- Остановитесь! – вдруг говорит Фишелевич,  когда мы проходим мимо зловонного мусорного ящика.

Я задерживаю дыхание и останавливаюсь.

- Приглядитесь! – снова советует Фишелевич.

Приглядываюсь – и ничего не замечаю, пока он не указывает мне на фрагмент узорной решетки с магендавидом.

- Когда-то  в этом месте размещалась большая  еврейская благотворительная столовая Натана Штрауса, - объясняет Фишелевич. – Как видите, вход в нее замурован и заставлен мусорным ящиком. Но вот этот небольшой фрагмент решетки они выдрать из стены, то ли не смогли, то ли поленились.

Этот  замурованный вход, прикрываемый мусорным ящиком и останки решетки с «еврейским узором» пожалуй, лучше всего символизирует происходящее в Старом городе. Давайте представим, что завтра какой-нибудь еврейский филантроп или амута захотят вернуть – именно вернуть! – это здание еврейскому народу, восстановить в нем ту же столовую для бедных. О, какой вопль поднимется по этому поводу и арабами, и американцами и, само собой, нашими левыми радикалами, которые немедленно начнут проводить здесь демонстрации против очередного «незаконного захвата арабской собственности». То, что эта собственность была когда-то отобрана у евреев погромщиками, а затем снова выкуплена у их потомков, этих «борцов за справедливость» волновать, безусловно, не будет.

Как рассказывает Давид Лурия, сегодня можно говорить о трех основных видах недвижимости, которая приобретается евреями в Старом доме. Большинство из них составляют здания, подобные «Дому Витенберга», то есть построенные или купленные евреями в разные периоды и оставленные ими после погромов 1929, 1936 и 1939 годов. Нельзя сказать, что евреи не пытались отстоять эти дома – пытались, и еще как. Тот же «Дом Витенберга» в начале 20-х годов охранялся Хаганой, и именно в его дворе с винтовками за плечами встретились «Красная Роза» и Нехемия Рабинович - родители будущего премьер-министра Израиля Ицхака Рабина. И все же под давлением погромщиков и англичан евреи тогда были вынуждены из них уйти…

Вторую, меньшую, группу зданий составляют те, которые евреи выкупают у Греческой  патриархии, являющейся крупнейшим землевладельцем в районе Иерусалима. Так, к примеру, был приобретен дом «Неот Давид», в котором сегодня располагается ешива и живут десять семей ее преподавателей. К арабам эти дома ни исторически, ни юридически не имеют никакого отношения, и потому говорить, что у них что-то законно или незаконно отобрали, никак нельзя.

Наконец, третью, очень небольшую группу составляют дома, действительно купленные у  арабов – к примеру, знаменитый «Дом фотографа». Кстати, я долго думал, что он называется так, потому, что с его крыши можно делать великолепные снимки видов Иерусалима, и, как выяснилось, ошибался. То есть вид с крыши «Дома фотографа» и в самом деле открывается великолепный, но свое название он получил из-за истории его покупки.

Рассказывают, что в 80-х годах министерство связи наняло фотографа для того, чтобы он занял один из рабочих визитов министра. Однако когда замминистра решил получить снимки и позвонил на записанный им телефон фотографа, ему ответили на арабском.

Поняв, что он ошибся номером, замминистра  – просто, чтобы что-то сказать – спросил поднявшего трубку мужчину:

- Скажи,  ты не хочешь продать свой  дом?

- Это  не телефонный разговор. Давай  встретимся, - последовал ответ.

Фотографа тогда так и не нашли, но вот  дом был куплен и заселен евреями, а его хозяину помогли вместе с семьей перебраться в США и обустроиться на новом месте.

-  Кстати, арабов, желающих продать евреям  свои дома в Старом городе, хватает, - говорит Даниэль Лурия.  – Не хватает потенциальных  покупателей. И, само собой,  над местными арабами довлеет страх расправы за то, что они пойдут на такой шаг. В связи с этим, на наш взгляд, крайне важно, чтобы Израиль гарантировал этим людям защиту и вел себя по отношению тем, кто угрожает и, тем более, расправляется с потенциальными продавцами так, как к ним и следует относиться – как к преступникам, мешающим людям распорядится своей собственностью. В значительной степени страсти вокруг Иерусалима кипят потому, что арабы сами не чувствуют, что мы действительно заинтересованы в том, чтобы сделать его вечной и неделимой столицей Израиля. Как только мы проявим решимость в этом, изменится и сам их взгляд на еврейское присутствие в Иерусалиме; они начнут иначе воспитывать своих детей.

- Тот,  кто утверждает, что Иерусалим  можно разделить на Западную  и Восточную части, соблюдя интересы двух народов и сделав из него столицу и Израиля и некого Палестинского государства, зачастую не ведает, что он говорит. Помню, как стоя в двух шагах от Башни Давида, один израильский генерал убеждал меня, что мы вполне можем поступиться Абу-Дисом, а то, что мы на границе этого квартала поселили евреев – это провокация. Тогда я попросил его просто показать, где находится Абу-Дис. Он начал рассуждать о том, что тот не граничит с еврейской частью Иерусалима, достаточно удален и т.д. «Да ты не философствуй, ты пальцем покажи, где находится Абу-Дис!» - сказал я ему. И когда он стушевался, я поднял руку и показал на виднеющиеся в нескольких сотнях метрах здания. «Вот это и есть Абу-Дис! – сказал я. – Как видишь, он находится, что называется, на расстоянии вытянутой руки от Стены Плача. И там вы хотите дать палестинцам возвести их парламент! 

Возрождение квартала Бека 

Слова Даниэля Лурии обретают предельную реальность, когда выходишь за Шхемские ворота и, как кажется, оказываешься в самой сердце арабского Иерусалима. Однако достаточно бросить взгляд – и впереди, говоря словами Лурии, на расстоянии вытянутой руки, с одной стороны, видно здание Иерусалимской мэрии, а с другой – начало квартала Меа-Шеарим. И близость эта опять-таки не случайна: все земли в этом квартале были куплены в свое время купцом из Ружина Беком и другими волынскими хасидами. Он так тогда и назывался – «квартал Бека». Затем, в начале ХХ века, здесь поселились бухарские, грузинские и горские евреи.

О том, что все дома в этом квартале были построены именно евреями, свидетельствует и их архитектура, и выбитые углубления для мезузы в каменных притолоках, на которые мне указывает Ицхак Фишелевич, пока мы направляемся к домам, где не так давно поселились еврейские семьи. И именно здесь, в квартале Бека в 1929 году евреи оказались совершенно беззащитны и погромы приняли особенно кровавый характер.

Когда, сидя в доме Яэль Штернберг, я спрошу, как складываются ее отношения с арабскими соседями, она только пожмет плечами:

- Они  здороваются. В последнее время я стала отвечать на их приветствия, но не более того. Я не могу избавиться от призраков 1929 года, я словно сама помню, как те самые арабы, которых мы считали добрыми соседями, в мгновение превратились в убийц и погромщиков…

- Вы  ничего не покупаете на арабском рынке?

- Ничего. Идем за всеми покупками в  Меа Шеарим или другую часть  города – это всего 15-18 минут  ходьбы быстрым шагом…

И вновь  я не могу отделаться от вопроса  о том, что произойдет, когда еврейское  присутствие здесь будет расширено – а оно, безусловно, должно быть расширено и будет расширено! По какому праву, на каких юридических основаниях те же палестинцы, американцы, ООН и наши доморощенные правозащитники смогут выступать против возвращения законных владельцев в их дома? С каких пор в мире стали отрицать право собственников вступить во владение своим имуществом? Или, когда речь касается евреев, закон оказывается неписан, а погром начинает считаться вполне легитимным способом захвата недвижимости?!

Это и  есть та логика абсурда, которую сегодня пытаются навязать Израилю, оспаривая наше право на Иерусалим. И страшно представить, какими последствиями может обернуться победа этой логики и для еврейского государства, и для всего мира.   

 Cтатья была опубилкована в газете "Новости Недели" 8/07/10

Сайт амуты "Место встречи" http://mesto.org.il