Maof

Saturday
Aug 19th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
В отличие от создающегося впечатления, разделение между поддерживающими назначение Либермана на пост министра обороны и противящимися этому назначению - это не традиционое разделение между правыми и левыми. Левые противятся как одна масса, но правые расколоты. Немало правых признались мне на этой неделе, что в их сердцах опасение. Один право-радикальный деятель даже сказал, что сожалеет, что переговоры с Герцогом провалились. Лишь за неделю до этого он был в гневе из-за самого факта переговоров с Герцогом.

В чем источник правых опасений от назначения Ливермана? Его связи с Мартином Шлаффом, его готовность к разрушению поселений, его бледное функционирование на посту министра ин.дел, его голосование в 2009г. в правительстве за замораживание строительства в поселениях и определенное сходство с Ариэлем Шароном. Травма размежевания уменьшает доверие национального лагеря к слишком сильным политикам своего лагеря. Хоть Либерман проживает в поселении и постоянно заявляет, что он "настоящий правый", но и Шарон считался в свое время ястребом из ястребов до того, как разрушил Ямит и Гуш-Катиф. Вместо того, чтобы использовать премьерское кресло для воплощения своих идей, он использовал его для реализации мечты своих врагов. Вся его харизматичность была напрвлена неожиданно против поселенчества.

Поведет ли и Либерман себя также? Будет придерживаться или отрицать слова, сказанные им 4 года назад на митинге в честь деятельницы поселенческого движения Инны Винярской, принявшей его в поселении Никдим: "Сионистское мировоззрение "Стена и башня" действенно и дегодня, при этом башня - уже многоэтажная".

Я немного знаю Либермана. Он немалый потребитель СМИ. Если выпадет ему прочитать эту колонку, надо полагать, что обидится и разгневается. Критика справа болезненнее для него, чем критика слева. "Ты написал глупости", - позвонил он мне как-то после того, как я слегка покритиковал его фразу в духе Йоси Бейлина. Покойный приближенный его Дуду Ротем в другом случае упрекал меня: "Авигдор Либерман в значительной степени преследуется СМИ, потому что он поселенец, поэтому надо много злосердечия, чтобы подозревать, что именно он пойдет по следам Шарона. Либерман - идеологический правый в неменьшей степени, чем члены Совета поселений".

Если Ротем был прав, то сейчас время для Либермана доказать это. У него есть редкая возможность прояснить, что его слово - это в самом деле слово. Никто не ожидает, что он немедленно разбомбит Асуанскую плотину, но есть ожидание, что он постепенно встряхнет израильскую оборонную концепцию, положит конец "педагогической" болтовне в генштабе и обратит тяжелую руку против врагов Израиля. Есть ожидание, что он разморозит строительство в Маале-Адумим - чего лишь недавно требовал от Нетаниягу, и не будет мешать действиям "Стена и башня" поселенцев в Иудее и Самарии. Нет сомнения, что Нетаниягу будет против, но министр обороны может смягчить это сопротивление в большей степени, чем любой другой министр. Он не еще один член узкого кабинета, он "стена и башня" военно-политического кабинета, самый высокопоставленный министр после главы правительства (который совмещает должность министра иностранных дел)

Назначение Либермана на должность министра обороны - это также редкая возможность для него опровергнуть подозрения вокруг него. Ради своего честного имени пусть уже отдалится от среды Шлаффа; пусть не поставляет своим соперникам и сторонникам причины подозревать, что получает блага от министерского поста. С трудом избежав отдачи под суд в прошлом по обвинению в коррупции, он должен остерегаться даже видимости участия в самых малых нарушениях. Даже мельчайших сомнений. Государство Израиль имеет право быть уверенным в невиновности своего министра обороны в каком-либо незаконном деле. Оно хочет быть уверенным, что с сегодняшнего дня он сосредоточится только на безопасности страны.

На этой неделе Либерман дважды извинился перед Нетаниягу за оскорбления последнего года. Хоть его слова воспринимались как словесная дань, но в них была своя прелесть. Хорошо, когда высокопоставленный политик, особенно политик с имиджем стальной двери, умеет извиниться, когда надо. Просьба о прощении - это явная характеристика открытия новой страницы в жизни. Со следующей недели начинается этап действий.

("Макор ришон" 27.05.2016)


Перевел Ханан Фридман
МАОФ