Maof

Thursday
Aug 06th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 
Когда прибыло постановление БАГАЦа, обязывающее Юлия Эдельштейна созвать заседание парламента, чтобы обсудить его замену, перед ним стояли два плохих выбора. Неповиновение или повиновение. Не ясно что из них хуже в данном случае. С одной стороны, пришло время, чтобы законодательная власть показала судебной власти, что дни незаконной ползучей аннексии полномочий судейскими – эти дни закончились. Для этого председатель Кнессета должен был заявить, что не намерен выполнять решение БАГАЦа и продолжать свою деятельность дальше. Но Эдельштейн более мемлахти (придерживается общегосударственного подхода), чем думали о нем. Такое поведение не подходит ему. Он может спорить с судьями, критиковать их, но всегда будет выполнять судебные постановления.

Но на этот раз есть другая сторона. И она не менее критична. Выполнение этого постановления БАГАЦа, с точки зрения Эдельштейна, это пересечение красной черты. Такое пересечение создает опасный прецедент, который завершит полный захват Кнессета БАГАЦем. Назначение председателя Кнессета и любой другой должности в правительстве и парламенте – это часть обычной политической игры, идущей в парламенте ежедневно. Перетягивание рук между коалицией и оппозицией, парламентские игры, демонстрации мускулов главами комиссий – это неотрывная часть политической жизни. Для этого есть правила. Кнессет умеет заниматься бунтующим председателем парламентской комиссии, не заинтересованным ставить на рассмотрение комиссии какие-то вопросы, так же Кнессет умеет предоставить своему председателю чрезвычайные полномочия. Смысл повиновения постановлению БАГАЦа в данном случае один – суд руководит парламентским дворцом демократии в стране, а не народные избранники.

Поэтому Эдельштейн выбрал срединный путь. Принять личную ответственность и подать в отставку. Себя он не спас от БАГАЦа, но Кнессет – да. По крайней мере на сейчас. Эдельштейн не верил, что судьи БАГАЦа продемонстрируют такую закрытость и поэтому вложил немало усилий в формулировку ответа суду. Ответ написали ему два адвоката из крупнейших в стране. После формулировки ответа, в сущности отвергающего опцию, что БАГАЦ будет вмешиваться в политическую игру в Кнессете, он показал этот документ юр.советнику Кнессета Эялю Инону, который выразил восхищение глубиной мышления и уровнем обоснований.

Но этот юридический документ не интересовал судей. С момента отправки ответа из Кнессета в суд прошло 25 минут до того, как в канцелярии юр.советника Кнессета было получено новое 19-страничное постановление БАГАЦа. Судьи написали его до получения ответа Эдельштейна. Уже давно судьи не заботятся производством справедливости. Теперь, по их мнению, нет нужды даже для производства видимости справедливости.

Вновь под дудку Лапида

После отставки Эдельштейна мяч переходит к старейшему по возрасту депутату – Амиру Перецу (Авода), который будет назначен временным председателем Кнессета по истечении 48 часов со времени отставки. Перец не намерен удерживать должность, но в глубине сердца он заинтересован в этом в качестве трамплина в президентское кресло. Он обязан левому лагерю и поэтому вскоре поставит на голосование кандидатуру Коэна (Еш атид).

Таков план, но Перец оставляет место для изменений. Если поступит просьба оставаться еще немного в должности спикера, он не будет возражать, - позаботился он прояснить он всем, кто должен был знать. А должен знать, по его мнению, в основном Ганц. Яир Лапид требует утвердить кандидатуру Коэна из своей партии, это ясно. Поэтому будет давить, чтобы не ждать даже одного дня и проголосовать немедленно. Но это не значит, что Ганц заинтересован в этом.

Как всегда, и на этот раз бывший нач.генштаба будет потащен в нежелательные для него края – потащен своими партнерами по блоку Кахоль-лаван и советниками. Как Лапид не заинтересован, чтобы Ганц был премьер-министром по ротации с Нетаниягу, также Ганц не заинтересован, чтобы Меир Коэн из Еш атид был практически несменяемым председателем Кнессета. Ведь в течение нескольких недель они могут обнаружить себя по разные стороны баррикад. Если Ганц войдет в правительство единства, но Лапид останется снаружи, а с ним и Коэн. Если бы можно было, то Ганц попросил бы Переца посидеть в кресле спикера, чтобы посмотреть продвигаются ли переговоры с Ликудом и только тогда принять решение. Но, видно, он не может попросить и диктовка Лапида вновь определит ему все.
(прим.перев. – в итоге Ликуд заявил Ганцу, что в случае выбора председателем Кнессета представителя партии Еш атид коалиционные переговоры прекращаются, т.е. у Ганца не останется шансов сформировать правительство. В качестве компромисса Ганц подал свою кандидатуру на пост спикера. В ответ Лапид расколол блок Кахоль-лаван)

27.03.2020

Перевел Яков Халфин