Maof

Monday
Jul 04th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
Ряд терактов, унесших жизни 11 человек в течение недели, вернул многих израильтян в дни ужасного террора, сопровождавшего ословские соглашения. В Фейсбуке молодые родители поражались как их родители – нынешние дедушки и бабушки – пережили те дни и спрашивали посылать ли детей в школы и детсады или оставить их дома. В одной из групп Фейсбука спрашивал один из отцов, как он пошлет свою дочь в детский сад, если одна из новых помощниц воспитательницы – арабка.

Эти переписки и выражения не были чем-то, характеризующим жителей населенных пунктов, идентифицируемых как правые. Они слышались именно в районах, считающихся левыми, среди них Тель-Авив, Раанана и Рамат а-Шарон (возможно, что такие высказывания были и в Афуле, Беэр-Шеве и Димоне, но надо полагать, что население слабее в экономическом плане и возможность родителей отказаться от рабочих дней не такова, как у родителей в центре страны).

Можно понять опасение родителей посылать своих детей в детсад или школу на следующий день после ужасного теракта в сердце шумного города в Гуш-Дане. Эта неделя подтолкнула многих жителей центра страны перенять "правую" терминологию, "видящую в каждом арабе террориста" – эту терминологию левые приписывают правым, пытаясь изобразить их расистами. Если до этой недели арабская речь вызывала опасение только у правых "расистов", то теперь этот "расизм" стал распространенным явлением среди левых. Не только арабский язык или арабская внешность пугают их, но и само присутствие арабов в супермаркете, в детском саду или на улицах центральных городов. Цитата: "невозможно знать откуда это придет, потому что сейчас это арабы, живущие среди нас".

Т.е. на этот раз речь не идет только о Хомеше или Гуш Эционе – странных названиях, принадлежащих поселениям где-то там за темными горами. Погибающие там - "не из наших" для левых. Те, кто еще недавно млел от того, 2 депутата произносили речи на арабском с трибуны Кнессета (хоть не поняли ни одного слова из того, что те говорили), сейчас уже не полагаются на кассиршу в супермаркете, которая, с их точки зрения, превратилась в потенциальную террористку. Что может быть более расистским чем это?

Проблема, разумеется, начинается в определении "правый расизм", который на деле никогда не был расизмом. В основе опасения правого лагеря от арабской стороны была война между двумя народами. Это не было опасение на расовой основе, это было опасение вследствие многолетнего конфликта и нескончаемого террора, который почти всегда был направлен со стороны арабов против евреев, не говоря уже о больших войнах с соседними странами. Если бы не этот конфликт, то можно было бы определить опасения правых как расизм, но пока конфликт существует, то определение правых как "расистов" – это всего лишь попытка левых устроить демонизацию и делегитимацию правых.

Опасение посылать детей в детсад или школу, потому что вдруг тебе прояснилось, что есть арабы в районе, - это расизм. Когда кассирша в супермаркете, уборщица в доме или аптекарь превращаются в один день для тебя из друзей во врагов только потому что они арабы (они были таковыми и 2 дня назад) – то проблема у тех, у кого за несколько дней произошел переворот в голове. Проблема не у арабов или правых.

Правые, отказывающиеся предаваться иллюзиям нереального мира и подозрительно относящиеся к арабам, так как знают человеческую природу, они понимают, что история повторяется и знают силу религии, традиции, общины. Подозрительность правых вытекает не из расистской основы, а из стремления жить и из травм прошлого. До сегодняшнего дня есть израильтяне, не способные слушать немецкий язык. Значит ли это, что они расисты по отношению к немцам? Факт: Соглашения Авраама "расистские" правые приветствовали в то время, как левые кривили физиономии.

Страх, охвативший на этой неделе часть левых, не идентичен подозрительности правых. Страх левых оторван от ближневосточного конфликта и национальной борьбы, этот страх видит в каждом арабе потенциального террориста только потому что он араб. Если еще 2 недели назад он был идеальным партнером для мира, то почему сейчас он уже не годится даже для того, чтобы снять для вас товар с полки супермаркета?

("Макор ришон" 1.04.2022)

Перевел Моше Борухович