Maof

Monday
Jul 04th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 
Даже после того, как депутатка из его фракции вышла из коалиции и оставила его без большинства в Кнессете, Нафтали Беннет не видит свой провал в поведении по отношению к депутатам, которые пошли за ним в опасную авантюру * Против обвинений в фейк-ультиматуме Нир Орбах проясняет, что его терпение по отношению к коалиции начинает лопаться * И еще: ударная фраза Шарен Аскель на заседании глав фракций коалиции

У премьер-министра Беннета есть план работы для продолжения каденции его коалиции. Рабочий план, который он сформировал после бесчисленных заседаний и консультаций, состоит из 3 слов: некаве ше-иhйе бе-седер (будем надеяться, что будет хорошо). А если не будет хорошо, он продолжит надеяться, будет тверд в отрицании действительности, а главное – никогда не признает своей ответственности. Так более-менее можно подытожить 10 месяцев Нафтали Беннета на посту премьер-министра, включая последнюю неделю, в течение которой он остался без функционирующей коалиции.

Можно было предположить, что после отставки председателя коалиции Идит Сильман – уже второй из его партии, покидающей его, мы увидим какое-то раскаяние. Вместо этого в ряде интервью, данных на этой неделе премьер-министром, мы получили горы слов о якобы отличном правительстве и о том, насколько Беннет занят только делами страны и у него нет времени на другие дела. Как будто "другие дела" не участь любого премьер-министра. Если существующая политическая система (парламентская республика) не нравится ему, он может уйти в отставку. Изменить систему он не может. Как известно, у него нет большинства в Кнессете.

Что еще выделялось в ряде интервью – это ощущение, что он убежден, что у всех такое же мнение, как у него. Возьмите, например, поступок депутатки Сильман. С точки зрения Беннета, она сломалась. Устраивали демонстрации перед ее домом, угрожали ее мужу, не давали покоя детям и прочие подобные утверждения о том, как огорчали ее жизнь. Также он описывал в прошлом Амихая Шикли – как сломавшегося от задействованного на него давления.

Ни на мгновение не мелькает в голове Беннета мысль, что, может, есть кто-то – не он – у кого есть идеологические соображения. Даже на секунду не прошла в его мозгу возможность, что, возможно, трудности, испытываемые депутаткой Сильман, связаны с поведением его новых партнеров слева, которых он не перестает восхвалять при каждом случае. Может, это в самом деле из-за хамеца в больницах, реформы гиюра и бесконечных разговоров о "митве а-Котель". И, может, Сильман просто не была готова продолжать терпеть поведение депутатов от Мереца, Аводы и РААМ, которые позволяли себе все больше и больше. Возможно, она в самом деле не могла больше, но не по причинам, которые приписал ей премьер-министр? Он не остановился ни на минуту, чтобы взвесить эту возможность.

Беннет презирает объяснения об идеологических соображениях и любые утверждения в этом направлении. Возможно, у него самого уже нет идеологических соображений и он уверен, что также ведут себя остальные? В последние дни выяснилось, что премьер-министр окончательно отказался от правой общественности. Это не связано ни с каким политическим решением, которое он принял, и не уступками палестинцам. Решение опираться в следующий раз на другой электорат – и это в предположении, что вообще будет следующий раз – было принято в пресс-релизе об объявлении Шикли "пореш" (прим.перев. - раскольник, отщепенец, юридический смысл этого определения заключается в том, что на следующих выборах Шикли не сможет идти ни в одном из избирательных списков, представленных в нынешнем Кнессете, а также до конца каденции не может быть министром и зам.министра. С другой стороны, это освобождает его от фракционной дисциплины и он может голосовать как хочет, кроме того, Ямина лишилась одной единицы финансирования партии от государства, которая перешла фракции одиночки Шикли)

Решением объявить Шикли отколовшимся от фракции Ямина Беннет, в сущности, вынуждает его идти на выборы в рамках новой партии и не дает ему идти на выборы в "старой" партии, например, Ликуде или Ционут датит. Такое решение не запугает Шикли. Наоборот, он полон дерзости. Он пойдет на выборы в новом избирательном списке, более того, он получит толчок вверх именно благодаря решению вышвырнуть его из фракции. Из какого электората он получит голоса? К какой общественности обратится? К тем, кто на последних выборах голосовали за партии Ямина и Тиква хадаша. К правым, которые вне Ликуда и Ционут датит, а главное – к тем, кто разочарован поведением политиков от партий Ямина и Тиква хадаша. То есть, другими словами, Беннет сознательно избрал позволить другой партии откусить от его голосов на следующих выборах. Такое решение может принять лишь тот, кто уже не рассчитывает на эти голоса. Что думают об этом Айелет Шакед, Нир Орбах и Йом Тов Кальфон, которые в отличие от Беннета не отказались от правой общественности, по крайней мере, в мечтах. Кто-то вообще спросил их? Кто-то посчитался с их желаниями и устремлениями? В сущности, уже 10 месяцев не спрашивают их.

Час Орбаха

Кстати, о Нире Орбахе – председатель орг.комиссии Кнессета находится в эти дни в разгаре бури. Представленный им Беннету ультиматум воспринимается частью коалиции и главами оппозиции как фейк-ультиматум. Они утверждают, что Орбах знал, чего можно достичь в нынешней политической ситуации, обернул это в целлофановую обертку, названную ультиматумом, и послал пресс-релиз. Он знал, что министр финансов Либерман не покончит самоубийством ради немедленной отмены финансирования яслей для семей ешиботников и предпочтет сохранить коалицию даже ценой уступки в этом вопросе. Он сразу дал отсрочку на год. Другими словами, когда мы будем в разгаре следующей избирательной кампании, Либерман сможет сказать своим избирателям: вот-вот вступит в силу отмена субсидирования яслей для семей ешиботников.

Вернемся к Орбаху и двум остальным параграфам ультиматума. Орбах хорошо знал – так утверждают против него – что в любом случае рано или поздно министр обороны позволит провести заседание высшей комиссии по планированию в Иудее и Самарии и утвердить продвижение нескольких проектов строительства в поселениях, и поэтому Орбах решил сделать это своим "требованием". То же самое в отношении присоединения к электричеству части поселенческих форпостов – и об этом Орбах знал заранее.

Не случайно критики Орбаха утверждают, что он избрал не включать в список требований в самом деле являющиеся вызовом вопросы, вроде узаконивания поселения Эвьятар или полного узаконивания форпостов (вместо того, чтобы ограничиться присоединением к электричеству части из них). Это вопросы, которые можно утвердить только в такие моменты, как сейчас, когда правительство зависит от каждого депутата. Достаточно было посмотреть на панику, охватившую министров от Мереца, чтобы понять, что в это время они были готовы сами одеть синие рабочие комбинезоны, сверлить дыры в стенах и своими руками протаскивать электрические кабели. Министр Ницан Горовиц, выглядевший особенно перепуганным, транслировал всем, что лично будет готов встать у входа в больницы и проверять сумки визитеров, чтобы убедиться, что там нет ни крошки хамеца.

Орбах слышит критику в свой адрес и проясняет, что не ограничится этими тремя пунктами. С его точки зрения, требование узаконить поселение Эвьятар еще придет. Всему свое время. Когда закончится первый этап, придет очередь второго. Орбах передал послание премьер-министру, что в любом случае левацкая риторика не будет приемлема более, как и вызывающие высказывания в области религии. С его точки зрения, коалиция в испытательном сроке, и он не поколеблется стать 61-м голосом оппозиции, если Мерец и РААМ продолжат не считаться ни с кем.

Проблема дисциплины

Кстати, о наплевательской атмосфере. Во вторник прошло первое заседание глав коалиционных фракций после отставки Сильман. Но Сильман была не единственной, кто отсутствовал на заседании. И председатель фракции РААМ Валид Таха не прибыл. Таха еще пытался изобразить, что из-за поста месяца Рамадан ему проблемно участвовать в заседании. Но, учитывая, что совещание прошло в Зуме, это было слабой отговоркой. На деле Таха продолжает то, что начал во время зимней сессии парламента, - чихать на заседания руководства коалиции. "Невозможно постоянно жаловаться на все", - прервала Шаран Аскель из Тиква хадаша речи на том заседании. - "Невозможно постоянно нарушать коалиционную дисциплину", - бросила она в сторону Михаль Розин из Мерец. – "Если это продолжится, то коалиция не устоит".

Депутаты Розин и Рам Шефа еще пытались защищаться и говорили о красных линиях, идеологии и т.д. "Мы не играем ни в какие игры", - утверждали они. "Нет проблемы", - вырвалось у Аскель, - "если вы хотите продолжать действовать против нас, это не продолжится долго". Депутат Нир Орбах говорил подобные вещи, обращаясь к Розин и Шефа: "Ваши избиратели хотят вас в коалиции, наши - нет". А Аскель добавила: "Можно продолжать жить в Ла-ла-ленде, но через 3 недели мы не будем в коалиции с вами". К этому можно добавить – и это уже было сказано не на самом заседании – что, возможно, главы фракций не усвоили это, но на деле все уже закончилось. Не зависимо от того, падет ли коалиция в течение нескольких недель или преуспеет ковылять еще несколько месяцев, обсуждение уже не идет о выживании коалиции, а лишь об условиях капитуляции.

(БеШЕВА, 14.04.2022)

Перевел Яков Халфин