Maof

Monday
Jul 15th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
Именно эта инерция, не допускающая перестройки и ремонта даже самых очевидных конструктивных дефектов, и была ночным кошмаром европейцев. И этот страх – страх перед косностью и принципиальной окаменелостью союзной конструкции – будет, надо полагать, и впредь мощно сдвигать предпочтения европейцев направо, туда, где вода еще живая

Результаты выборов в Европарламент произвели на экспертное сообщество эффект тягостного тугодумия типа кататонического ступора.
Вы наверняка обратили внимание на то, как мало в русскоязычной среде было предпринято попыток серьезного аналитического осмысления произошедшего. Те, что имели место, поражают своим инфантильным недомыслием, общей примитивизацией мышления.

Это впадание в детство свойственно, разумеется, не только русскоязычным экспертам – слишком высок среднемировой уровень поглупения. Мудрствования над итогами евровыборов повторяют обычно простейшую цепочку умозалючений: беда случилась потому, что правые (то есть плохие люди), в сговоре с крайне правыми (то есть людьми еще хуже первых), обманули наивных избирателей пустыми и невыполнимыми обещаниями.
На то они и популисты, чтобы обманывать трудящихся.

Противостоящий им лагерь эксперты, как правило, описывают в самых общих чертах, не вдаваясь в политические частности, чтобы избежать впечатления, что хорошими людьми в их незамысловатом мире неизменно оказывается либеральный центр, а еще чаще - все расположившиеся налево от него: социалисты, коммунисты, красно-зеленые, прогрессисты всех мастей.
Это варево бывает обычно приперчено мнимонаучной терминологией, но смысл от этого научным не становится и сводится к привычной куняевской идеологеме: «Добро должно быть с кулаками, добро суровым быть должно...». Ну, и так далее, вплоть до ностальгического воспоминания о тех временах, когда так «добро-добро умел работать пулемет».
Знаток легко услышит в таком образе мыслей отзвуки идеи, популярной нынче в среде американских прогрессистов, о том, что только умело применяемое насилие ещё может спасти демократию.

Речь идет отнюдь не об отвлеченной теории, а о вполне практической концовке стремления к улучшению рода человеческого, как правило, не понимающего, в чем заключается его сокровенный интерес.
Суровое добро нередко приходится буквально вдалбливать в его стоеросовую голову. Хорош пример Франции, страны, почему-то безвинно оказавшейся под угрозой прихода к власти экстра-ультра-правых, то есть людей заведомо нехороших. Но оказалось, что есть еще политики, им противостоящие, и это, конечно, не нынешний мягкотелый президент Макрон.
Социалистическая партия Франции объединила вокруг себя лучших носителей европейских ценностей, создав - вы опять угадали! - Народный фронт.

Чего еще можно ожидать от «настоящих человеков», как не народных фронтов, включающих в себя все лучшее, что могло придумать потерянное человечество: коммунистов всех интернационалов до 25-го включительно, социалистов всех мастей, мульти-культуртрегеров, ветеранов борьбы с рабовладельческим строем, анархо-капиталистов, правильных синдикалистов, умеренных радикалов, поклонников ХАМАСа и прочих представителей всепобеждающего прогресса.
Создатель Фронта, персек Соцпартии Оливье Фор, правда, пожаловался журналистам на то, что его немного смущает леваческий состав Народного фронта, но что ж поделать – приходится работать с подобной шелупонью, раз других хороших людей нет и не предвидится.

В хитросплетенной ситуации, по мнению экспертов, крайне важно не клюнуть на приманку ультрагиперправых, которые зачастую прикрывают своей стыд фиговым листком якобы нарочито прогрессивных позиций.
Некоторые прикидываются сторонниками украинской независимости и заклятыми врагами российского империализма – хотя непонятно, что дурного этот последний им сделал. Другие божатся, что не разделяют антисемитских площадных страстей свободолюбивых погромщиков, но кто же им поверит? Третьи пытаются осенять себя именами известных консервативных авторитетов – Черчилля, Рейгана, Тетчер, Джонсона на худой конец.
Недотепам невдомек, что в надлежащий момент и Черчилль будет сборошен с корабля современности, со всем своим дутым героизмом. И будет научно доказано, что Борис Джонсон только прикидывался Джонсонюком, а на самом деле был почти что Рабиновичем.

Поскольку додумывать мысль в принципе дело трудоемкое и времязатратное, такие мыслители облегчают себе задачу стандартным упрощением, переходя на метафоры. С выражением ветхозаветных пророков на лице они предупреждают европейцев:
«Берегитесь, европейские демократы, не верьте сладкому пению правых сирен! Не допустите к власти гиперультраэкстремистов типа Марин Ле Пен или постфашистов вроде итальянского премьера Джоржи Мелони. Они хотя и притворяются защитниками европейских ценностей, но на деле натворят такое – мало не покажется!»

Поражает уверенность подобных экспертов в том, что навешивание ярлыков из вчерашних газет вообще что-то проясняет в головах читателей. И если подобрать для политических противников эпитеты пообидней и поязвительней, то можно как-то повлиять на настроения избирателей.
Единственное, что четко выявляют подобные базарные методы, это собственное мастерство неразумения, искусство недопонимания, свойственное аналитикам с классовым подходом к социальным явлениям.
Пожалуй, ближе других к истине приблизились те эксперты, которые объясняют странные результаты выборов в Европарламент страхом избирателей. Но и тут феномен устойчивого недопонимания затемняет мысль искателей истины. Страх, несомненно, сыграл свою роль в неожиданном сюрпризе. Но это совсем не тот страх, на который рассчитывали умненькие обозреватели.

Не страх перед лицом крутых перемен гнал избирателей к урнам и обеспечил политическую ломку на европейском континенте, отнюдь не он.
Они действительно испытывали почти панический страх, но не по причине надвигающейся катастрофы, вызванной заметным поправением европейской политики.
По-настоящему пугала их перспектива Европы, в которой и на этот раз ничего ровным счетом не изменится. Долгожители еще помнят, как социалист Жак Делор, тогда еще бодрый и полный задора, став 30 лет назад председателем Еврокомиссии, обещал первым делом провести глубокие реформы Союза, без которых дальнейшее его существование не представлялось возможным из-за полной утраты всякой эффективности.
Но бюрократические механизмы имеют собственные инерционные законы, и когда год назад уважаемый визионер скончался в возрасте почти библейского Мафусаила, хоронившие его ветераны не раз подчеркивали в своих поминальных речах его центральную заслугу – надежную стабильность конструкции, не терпящей поспешных реформ.

Именно эта инерция, не допускающая перестройки и ремонта даже самых очевидных конструктивных дефектов, и была ночным кошмаром европейцев.
И этот страх – страх перед косностью и принципиальной окаменелостью союзной конструкции – будет, надо полагать, и впредь мощно сдвигать предпочтения европейцев направо, туда, где вода еще живая.
Это именно то, что мы увидим довольно скоро, в ходе парламентских выборов. Пора взрослеть. Пора допонимать.

* * *

Ефим Фиштейн
– международный обозреватель «Радио “Свобода”»
http://www.nautilus.co.il/