Maof

Friday
Nov 24th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
Встречает крыса хомяка и жалуется:
- Не понимаю, почему тебя люди холят и лелеют, а меня безжалостно травят?
- Наверное, у тебя плохой PR.
(Катарский КВН)


Чтобы правильно анализировать события, необходимо следить за деньгами. И хотя назначение у них вроде бы одно, но зато сколько политических оттенков! Когда мы отдаем свои кровные на партийные нужды, думая, что они пойдут на добрые дела, это называется пожертвованием. И весьма огорчаемся, убедившись, что нас снова самым бессовестным образом надули. Как Шелдона Адельсона, которому Дональд Трамп чуть ли не клятвенно обещал перевести американское посольство в Иерусалим. Теперь миллиардер в больших сомнениях: не лучше ли сменить адресата и начать жертвовать президенту островного государства Вануату Балдвину Лонсдейлу, который готов хоть сегодня, да еще и безо всяких оговорок и условий, открыть посольство в израильской столице?

Только не поймите меня правильно. Если действительно хотите узнать, что Б-г думает о деньгах, посмотрите, кому он их дает. И за какие заслуги. Возьмем, к примеру, гонорар. Не знаю, называет ли Книга рекордов Гиннесса сумму самого высокого вознаграждения за публичные выступления. И фигурирует ли в ней Билл Клинтон, чьи премиальные, по утверждению WikiLeaks, доходили до трех миллионов в год. Много это или мало, судите сами. Тем более, что есть с кем сравнивать. Скажем, Барак Обама запросил 400 тысяч долларов за одну-единственную речь на конференции финансовой компании Cantor Fitzgerald. И ненавистный Уолл-стрит безропотно выписал чек. Ясеру Арафату столько не платили. Зато все, что удавалось собрать, считалось комиссионными и шло сугубо на его личный счет. Всех этих не книжных персонажей объединяет нечто общее: не умея делать деньги, они хорошо научились стричь купоны.

В отличие от них Трамп деньги делать умеет. Это, безусловно, его достоинство. И в то же время серьезный недостаток. Ибо он ко всему пытается подойти с финансовыми мерками. Что не всегда идет на пользу дела. Вот и в Саудовской Аравии, куда он ехал в расчете не только на политический эффект, президент остался верен себе, подписав пакет документов, которые в общей сложности могут принести стране доход в 350 миллиардов долларов. Причем только за вооружение Эр-Рияд готов заплатить порядка 110 миллиардов. Подобных разовых сделок американский военно-промышленный комплекс отродясь не знал. Поэтому, наверное, и понятен восторг пресс-секретаря Белого дома Шона Спайсера, сообщившего в своем микроблоге Twitter, что сауды обязалить закупить самую разнообразную технику - от противоракетных комплексов "Пэтриот" и THAAD до кораблей и танков.

Впрочем, это лишь то, что лежит на поверхности. А если копнуть глубже? Давайте вдумаемся в саму цифру - 110 миллиардов. С чем ее сравнить? С почти годовым оборонным бюджетом Великобритании и Франции, если сложить их вместе. Что можно приобрести на такую гигантскую сумму? Специализирующийся на военных новостях еженедельник Defense News опубликовал перечень предполагаемого для поставок набора вооружений. Самый дорогостоящий контракт предусматривает внедрение в вооруженные силы современных систем автоматизированного управления войсками. Его стоимость оценивается в 18 миллиардов долларов. 13,5 миллиарда планируется затратить на семь батарей противоракетного комплекса THAAD. Свыше шести миллиардов пойдет на модернизацию закупленных три года назад зенитнно-ракетных комплексов Patriot. Кроме того, Саудовская Аравия намерена закупить порядка двух десятков военно-транспортных самолетов C-130J Super Hercules, включая заправщики. А это еще около шести миллиардов. Столько же уйдет на сервисное обслуживание модернизированных истребителей F-15.

Даже исходя из того, что это предварительные подсчеты, трудно отделаться от каверзной мысли о несуразности многих цифр. Так, за четыре корабля прибрежной зоны проекта LCS королевству придется выложить 6 миллиардов долларов. То бишь в три раза дороже, чем они обходятся ВМС США. Для сравнения: за строящиеся в Германии корветы того же класса Израиль заплатил на порядок меньше. "Золотыми" в буквальном смысле этого слова станут и патрульные катера Mk VI, за которые Вашингтон требует два миллиарда долларов. В такую же сумму обойдутся и 14 палубных вертолетов MH-60R. Завуалированно все эти явно завышенные цены если о чем и говорят, то разве что о скрытой политической взятке. Что ж, за выживание тоже приходится платить. И весьма щедро. Но и при самом скрупулезном подсчете Defense News оценивает оружейный пул не выше 85 миллиардов долларов.

Бизнес - понятие растяжимое. Чем больше тумана, тем шире карманы. Кому-то положены комиссионные, а кто-то ждет "чаевые". За особые услуги, бывает, платят и оружием. В Ираке и Кувейте Пентагон "потерял" военного снаряжения более чем на миллиард долларов. И никого не посадили. Были бы деньги, а куда закопать их всегда найдется. Саудовский ВПК дальше организации "отверточного" производства для сборки вертолетов S-70I International Black Hawk ни на что больше не способен. Хотя королевская семья и тешит себя надеждами на мощный рост оборонной индустрии. Забывая, что для этого требуется соответствующая база - как научно-техническая и промышленная, так и кадровая. А ее в стране нет. И, судя по всему, еще долго не будет.

Да и сам контракт все еще вилами на воде писан. Ибо у него, как во всякой серьезной сделке, к тому же рассчитанной на десять лет, немало подводных камней. Во-первых, хватит ли средств у аравийского королевства, переживающего не лучшие экономические времена? Ведь золотой нефтяной век безвозвратно уходит в прошлое. А не только экономическое, но и военное противостояние с Ираном (пусть даже и в сопредельных пока странах) требует все более интенсивных вложений. Во-вторых, Ближний Восток и без того под завязку напичкан самым современным оружием. И в чьи руки оно попадет и против кого будет направлено, когда по-настоящему запахнет жареным, гадать в общем-то не приходится. Не случайно Конгресс воспринял эту сделку без особого энтузиазма. А Израиль - и вовсе с нескрываемым беспокойством.

Однако насколько обосновано это беспокойство? Говорят, ясность - лишь одна из форм полного тумана. Бывший советник Белого дома по ближневосточному региону Брюс Рейдел из Брукингского института политических исследований считает, что вообще не было никакой оружейной сделки. А все сопутствующие громкие заявления - всего-навсего красиво обставленные "фейковые" новости. Поскольку речь, мол, шла исключительно о благих намерениях и предварительных планах. И косвенным подтверждением тому служит хотя бы то, что, с одной стороны, никаких официальных договоров в Эр-Рияде не подписано, а с другой - ни одно из заявленных предложений все еще так и не передано на рассмотрение Сената. Да и Израиль бы наверняка потребовал для себя дополнительный оборонный пакет, позволяющий и в дальнейшем сохранять свое качественное военное преимущество.

С этим можно было бы согласиться, если б не навязчивое стремление принизить значимость достигнутых Дональдом Трампом результатов. А они неоспоримы. Да и само по себе его первое внешнеполитическое турне отличалось, прежде всего, новизной. Поскольку предполагало сближение позиций трех основных монотеистических религий, оказавшихся, по сути, в непримиримом идейном противостоянии. Отсюда и столь необычный маршрут - Эр-Рияд, Иерусалим и Ватикан. С целью "объедиения людей всех вероисповеданий вокруг общего стремления к миру, прогрессу и процветанию", как отмечалось в пресс-релизе Белого дома. Ничего подобного в истории межгосударственных отношений до сих пор не наблюдалось. Что, естественно, знаменует не только резкий разворот вполне рутинной до недавнего американской политики, но и делает ее вполне внятной и притягательной, какой она и должна быть.

И кто и как бы ни критиковал президента, он одной этой своей поездкой добился гораздо большего, чем все его предшественники, пытавшиеся развязать ближневосточный узел. Потому что ни под кого не подстраивался и всюду чувствовал себя вполне комфортно и раскрепощенно. Будь то у Котеля, в расщелинах которого он оставил записку. Или на встрече с Абу-Мазеном, состоявшейся по его настоянию не в Рамалле, а в старинном Бейт-Лехеме - родине легендарного Давида, где он был помазан на царство. Именно там была впервые изложена новая базовая концепция - никакого мира, пока не прекратятся выплаты пособий террористам и их семьям, подстрекательство и практика увековечивания "подвигов" убийц.

Арабы не могли в это поверить. Зато услышали те, кто должны был услышать. ООН (виданное ли дело?!) вдруг отозвала свое решение о поддержке женского центра в самарийской деревне Бурка, названного именем Далаль Муграби. Той самой "национальной героини", которая почти 40 лет назад организовала захват заложников, в ходе которого погибли 39 израильтян, включая 13 детей. А Бёрге Бренде - министр иностранных дел Норвегии, на средства которой был построен этот "центр", потребовал немедленно вернуть деньги. И даже предложил самым тщательным образом проверять, куда уходят перечисляемые пожертвования. Первой откликнулась Дания, сообщившая о "приостановке финансирования 24 палестинских организаций". На очереди Великобритания и Швейцария. И, что уж совсем необычно, монархии Персидского залива. Уж на что Катар заносчив, но и он вынужден был выслать уютно устроившихся у него хамасовских функционеров.

Для ХАМАСа это стало шоком. Но на этом его напасти не закончились. Анклав лишили почти всех источников финансирования. И уповать остается только на гуманитарную помощь, которая тоже из полноводной реки превратилась в тонкий ручеек. В общем, налицо классический развод по-арабски: ни детей, ни алиментов. Положение, прямо скажем, отчаянное, но не безнадежное. Ибо Газа сказочно богата... невестами. А на Востоке это весьма ценный товар, за который платят, не скупясь. К примеру, в Саудовской Аравии за невесту не первой свежести требуют в качестве калыма от 13 до 25 тысяч долларов. Поэтому не слишком состоятельные женихи, коих, как нетрудно догадаться, подавляющее большинство, вынуждены искать счастья на стороне. В том числе и в Газе, где "махр" не превышает пяти тысяч для девочек до десяти лет. Другого легального способа уехать из этого узаконенного международным отребьем "рассадника зла" не существует.

Выгоднее всего продавать чужие мечты. Потому что основная масса покупателей все равно не живет, а готовится жить позднее. И Израилю уже давно не мешало бы объявить аукцион на покупку посольств в Иерусалиме. А всех нежелающих разместить в посольском "гетто" в каком-нибудь живописным уголке Негева. С видом на рукотворные чудеса отечественной промышленности и сельского хозяйства. Трамп, думаю, оценил бы это новшество по достоинству. И не только, между прочим, как бизнесмен. Кстати, о бизнесе. На встрече с Биньямином Нетаниягу он был приятно удивлен новаторскими предложениями израильского премьера. В частности, идеей разделения труда между США, Израилем и Китаем. Что уже на первом этапе могло бы принести Америке с Поднебесной почти по сотне миллиардов ежегодной чистой прибыли. Ну и Израиль заработал бы свои скромные 30 миллиардов. Еще заманчивей выглядит дележ рынка кибербезопасности, который оценивается почти в 100 миллиардов, а все потенциальные конкуренты, как говорится, и рядом не стояли. Но самый лакомый кусочек - совместное освоение космоса. Тут возможности действительно поистине безграничны.

Почему бы и в самом деле не покуражиться? На Трампа не давит груз былых обещаний и обязательств. Поэтому он и не стесняется, когда надо, жестко требовать оплаты по счетам. На встрече в верхах в Эр-Рияде с участием мусульманских лидеров из более чем 50 стран президент призвал "раз и навсегда покончить с радикальным исламским терроризмом и экстремизмом". О бескомпромиссной "битве между добром и злом" говорил он за закрытыми дверями и с королем Салманом ибн Абед Азизом Аль Саудом. В этом, собственно, и главное его отличие от Барака Обамы. Тот оставил после своего вояжа на Ближний Восток хаос, а он постарался превратить свою поездку в конструктивное начало. Даже с учетом того, что она и не сводилась к сугубо стратегическим либо экономическим целям.

Но политика зависит от политиков в той же степени, в какой погода зависит от метеорологов. Поэтому нередко вместо того, чтобы строго следовать заранее намеченному плану, приходится довольствоваться лишь отведенной скромной ролью. Как нельзя изменить коварную природу скорпиона, так невозможно и "перекодировать" араба. Не успел президентский самолет приземлиться в аэропорту Бен-Гурион, как мощной террористической атаке подвергся британский Манчестер. Но шокировал не сам взрыв, унесший десятки жизней, а то, что, будто по злой иронии, доморощенного шахида звали... Салман Абеди. Точь-в-точь, как саудовского монарха, если не считать лексических различий, свойственных разным диалектам арабского языка. Тут уж даже правоверные поневоле увидели руку Аллаха.

Иногда вообще кажется, что события возникают и разворачиваются как бы сами по себе, порождая цепную реакцию с совершенно непредсказуемыми последстсвиями. Одной из основных целей ближневосточного турне Дональда Трампа было стремление укрепить арабо-мусульманский суннитский альянс в его противостоянии с набирающим все больший вес Ираном. Поговаривали даже о создании собственного регионального НАТО. Но от разговора до дела - дистанция огромного размера. Этот проект может вообще оказаться мертворожденным. Как и большинство предыдущих. Поскольку исламские отношения столь же замысловаты, как орнамент на минарете. А перед взаимной неприязнью и подозрительностью меркнет даже буйная фантазия Шахерезады.

Пока политологи гадали был ли спровоцирован катарский кризис извне либо стал причиной вечных внутренних интриг, ситуация, похоже, вышла из-под контроля. Поскольку в нее уже активно вмешались Анкара и Тегеран. Отсюда, видимо, и явно нервозная реакция Вашингтона. Причем если Дональд Трамп однозначно потребовал от Дохи прекратить поддержку террористических организаций (включая и такие одиозные, как "Аль-Каида", ISIS, Талибан и ХАМАС, не говоря уже о "Братьях-мусульманах"), то Рекс Тиллерсон поспешил сразу же взять на себя роль "миротворца". И в этом не было даже намека на игру в "доброго и злого следователя". Не будем забывать, откуда пришел госсекретарь. А за годы его директорства корпорация ExxonMobil инвестировала в произодство катарского сжиженного газа свыше 30 миллиардов долларов.

Как только включается финансовый алгоритм, политика тут же отступает на второй план. За последние двадцать лет Катар вложил в высшие учебные заведения США сотни миллионов долларов. Шесть ведущих университетов открыли свои филиалы в Дохе. Тот же Брюс Рейдел ни словом не обмолвился, что одним из основных спонсоров Брукингского института выступает эмирская семья Аль Тани. Только в 2013 году она перечислила почти 15 миллионов долларов. Тут как перед свадьбой: просишь руки, а даешь в лапу. А "подарки" волей-неволей приходится отрабатывать. Поэтому "высококвалифицированные эксперты" Брукингса давно превратились в нештатный отдел "Аль-Джазиры". И, подобострастно глядя в рот эмиру, с воодушевлением приветствовали свержение Хосни Мубарака и последовавшее за ним воцарение "Братьев-мусульман". А после военного переворота призывали Барака Обаму прекратить любые контакты с Египтом, лишив его политической поддержки и экономической помощи. Бизнес есть бизнес. Назови его хоть откатом, хоть бартером.

Не в восторге от раскола в рядах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива и Пентагон, потративший свыше миллиарда долларов на строительство и оборудование военно-воздушной базы Аль-Удэйд. Без нее обречены все локальные американские операции в Афганистане, Ираке и Сирии. Кроме того, встал ребром вопрос, как быть с одобренным Белым домом контрактом по продаже 72 истребителей F-15QA? 22 миллиарда ведь на дороге просто так не валяется. В итоге нашли "соломоново решение": продать половину от заявленного количества. И никто не озаботился, зачем вообще Катару - стране с вооруженными силами чуть более 10 тысяч человек такое количество современных боевых самолетов? Тем более, что два года назад уже было закуплено 24 французских истребителя "Рафаль". Израиль подозревает (и надо признать не без оснований), что почти вся эта наступательная авиация предназначена исключительно Ирану, с которым у молодого эмира Тамима бин Хамада, сравнительно недавно севшего в кресло отца, установились тайные доверительные отношения. Теперь они, похоже, становятся явными. И странно, что это никого не настораживает.

На фоне резко усиливающейся напряженности деньги будут играть все более возрастающую роль. Лишившаяся внешней подпитки катарская экономика стремительно летит в пропасть. От потерявшего привлекательность риала избавляются, как от просроченных лекарств. Он упал до уровня кризисного 1998 года, потянув за собой фондовый рынок. В стране, считающейся одной из самых богатых в мире по внутреннему валовому продукту на душу населения, нарастают панические настроения. И вряд ли наиболее состоятельные кланы будут сидеть сложа руки, ожидая полного коллапса. Никто не согласится на страдания и невзгоды ради "причуд" своего гонористого эмира. Даже несмотря на то, что его дворец охраняют элитные подразделения иранских "стражей", а улицы патрулирует турецкий спецназ.

Чрезвычайными полумерами уже не отделаться. А на остальное нет ни времени, ни желания, ни сил, ни средств. Но если благополучие нельзя купить за деньги, то можно хотя бы арендовать.