Maof

Wednesday
Aug 23rd
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 
(начало см. http://maof.rjews.net/history/18-history/30202-i-razoshlis-kak-v-more-korabli-nachalo)

В Европе же движение идет явственно в противоположном направлении: отнять и поделить, а что еще не поделено зарегулировать до полного удушения. Та самая дорога, вымощенная добрыми намерениями, что до коленовставания довела великую Россию, изобильной Европе навязала астрономический долг до конца текущего бюджетного столетия и медицинской страховки лишила миллионы американцев.

В 1979 году проходят первые выборы в европейский парламент. Национальное государство как таковое еще не отменяется, но моральной ценностью быть уже перестает. На горизонте явственно маячат фантомы "вечного мира" и "мирового правительства", которые для Израиля давно уже нерелевантны.

"Неевропейское" поведение еврейского государства было фактом, очевидным для всех, включая евреев Европы и Америки, спешивших отмежеваться от такого безобразия и упрекавших израильских единоплеменников в подрыве своей безупречно левой репутации. "Братья по классу" из газет и университетов дружно высказали израильским коллегам свое "фе!"

Те, кто горько жалуется на проигрыш Израилем информационной войны, как-то упускают из виду, что пропагандист должен работать в системе ценностей пропагандируемого и обречен на неудачу, если его поведение свидетельствует о системе другой.

Логика вещей вынуждала правящую элиту Израиля отказываться на деле от "общечеловеческих ценностей", которые провозглашала она на словах, но других-то у нее не было. Кибуцное дворянство, изо всех сил старалось избежать навязанного историей выбора между европейским идеалом и еврейской реальностью.

Утонченную цивилизацию отвергнуть ради пыльной левантийской провинции, где все вторично — от архитектуры до кухни — из географии одни легенды, из памятников одна археология? Ради этого — убивать и умирать? Отказаться от мечты о всемирном правительстве и обнявшихся миллионах? От перспективы, ежедневно дарить изумленному миру гениальных физиков и несравненных скрипачей?.. От надежды, что ОНИ все-таки где-то как-то на определенных условиях признают нас людьми?..

А не пора ли, братцы, на самом деле свертывать этот неудавшийся проект? Не лучше ли пока не поздно рассеяться по местам более спокойным и уютным, вписаться в приличное общество и делать приличную карьеру? При ведущих позициях, которые занимала (да отчасти и сейчас еще занимает!) эта элита во всех областях — от профсоюзов до Верховного Суда — утратила она внутреннюю опору и оказалась "подвешена ни на чем".

* * *

На трех стульях одной попкой
Усиди, едрена вошь!
Ю. Ким


Во главе жизнеспособного общества должны стоять люди, для которых его существование само по себе является ценностью, независимо от соответствия/несоответствия определенным идеалам. Атеист Жаботинский готов был в крайнем случае согласиться на "государство галахи", оставляя, впрочем, за собой право бороться за его превращение в светское, рав Кук соглашался на светское государство, надеясь на его эволюцию в дальнейшем, а циник Бен-Гурион действовал, создавая это самое государство любой ценой. Люди, которых мы зовем сегодня "левой элитой", придерживаются, напротив, позиции, прекрасно изложенной Амосом Озом:

— Значит, так, — сказал Эфраим, — это очень просто: если не здесь, то где же она, наша земля, земля еврейского народа? В пучине морской? На луне? Или только еврейскому народу из всех народов мира не полагается даже маленького кусочка родины?
— А что же мы отобрали у них?
— Ну, ты, вероятно, забыл, что они попытались в тысяча девятьсот сорок восьмом всех нас уничтожить? Стало быть, в сорок восьмом была страшная война, и они, по сути, поставили вопрос так: или мы, или они. И мы победили, и отобрали у них. Гордиться тут нечем! Но если бы они победили нас в сорок восьмом, то поводов для гордости было бы еще меньше: они бы не оставили в живых ни одного еврея. И вправду, на их территории не живет сейчас ни один еврей. Но в том-то и все дело: поскольку в сорок восьмом мы отобрали у них то, что отобрали, то теперь и у нас кое-что есть. Поскольку и у нас уже есть, то теперь нам нельзя ничего у них брать. С этим покончено. В этом — вся разница между мной и твоим господином Бегиным: если в один прекрасный день мы отберем у них еще и еще, именно теперь, когда у нас уже есть, это будет большим грехом. ("Повесть о любви и тьме")


Добродетельный Эфраим согласен воевать за еврейское государство лишь поскольку оно соответствует его высоким гуманистическим принципам, да вот беда: отобрание территорий — грех, а неотобранные они незамедлительно становятся плацдармом для нового нападения. Все попытки всучить их Египту и Иордании оказываются безуспешными, поскольку на Лубянке уже сварганили "свободолюбивый палестинский народ", успевший проявить себя как смесь исключительно взрывоопасная (вспомним "Черный сентябрь").

Остается только осваивать территории по той же схеме, по какой начинали осваивать землю Израиля в догосударственные времена — сельскохозяйственные ПОСЕЛЕНИЯ, предпочтительно в стратегически важных пунктах. Понятно, что мини-коммунизма в них уже не возникает, кибуцы отыграли свое. Экономическая структура — соседская община, идеология — патриотизм, зачастую религиозный.

В обществе в целом пробивает себе дорогу настрой более реалистический — не в последнюю очередь благодаря выходцам из арабо-мусульманских стран, менее затронутых ассимиляцией и лучше знакомых с нравами и обычаями дорогих "двоюродных братьев".

В 1973 году возникает "Правый блок" под руководством того самого Менахема Бегина, которого Ханна Арендт фашистом обзывала и требовала в Америку не пускать. Эти политики страной дорожат и защищать ее готовы. В 1977 году правый блок победит на выборах и Бегин станет премьером, хотя левые, как известно, власть так просто не отдают — они еще себя покажут — Израиль все решительнее отворачивается от них, а Запад — от Израиля.

Для арабов Израиль — символ и воплощение превосходства западной цивилизации. Когда они его "колонизатором" обзывают, имеется в виду вовсе не экономический и даже не территориальный аспект колониализма (Израилю вовсе не свойственные), но именно это весомое, грубое и зримое доказательство, что не у них мировое господство.

Для Запада же он — предатель великих идеалов общечеловечности, которым не жалко пожертвовать ради дружбы с Третьим миром — потенциальным гегемоном революции и вождем на пути в светлое будущее, не говоря уже о ценах на нефть...

В результате в 1975 году возникает известная резолюция ООН, объявляющая еврейское государство врагом народов (http://jhistory.nfurman.com/teacher/06_170.htm), а "европейский Израиль" окончательно впадает в истерику под названием "Шалом ахшав". Это уже не политика и даже не идеология, а полный невроз — балованный ребенок, который валится на пол, дрыгает ногами и орет: "Хочу-у-у-у!!!".

Насколько дико такое поведение смотрится в воюющем Израиле, настолько же органично вписывается оно в Европу, живущую под лозунгом "Imagine" — неудобную реальность надо смело менять, а не получится — так вовсе игнорировать. Примерно как в анекдоте про Вальтера Ульбрихта, что в тридцатиградусную жару по Берлину ходит в плаще, калошах и с зонтиком, потому что в Москве дождик.

Они чувствуют, что теряют страну, на самом деле уже готовы пожертвовать ею, но понимают, что на пути у них стоят люди, отдать ее не согласные, а центром кристаллизации патриотического движения естественно оказываются ПОСЕЛЕНИЯ, также как в начале алии были кибуцы. И потому именно поселения становятся для "европейского Израиля" врагами номер один, а главным приоритетом, соответственно — уход с "оккупированных территорий".

К концу семидесятых они определяются окончательно: Арафат и ХАМАС оказываются союзниками, а Бегин и его последователи, включая Натаньягу — противниками. Это даже не сознательный выбор — просто объективная реальность, данная нам в ощущениях. А ведь у них много чего в руках — и пресса, и Гистадрут, и монополии типа электрической компании. Такая мощная пятая колонна, да еще при возрастающем давлении извне… Семидесятые годы для Израиля — время смертельной опасности, спасает его только… "холодная война": американцы свой форпост в краях нефтеносных сдать не согласны, хотя могут, при случае, укоротить на синай-другой... Но тут…

* * *

Но тут случилось то, что и должно было случиться.
Джанни Родари


Какого черта нашей доисторической в 1979 году в Афганистане понадобилось — до сих пор понять не могу, но зачем-то она туда полезла, чем очень обидела Саудовскую Аравию. И цены на нефть полетели вниз, а с ними — и вся сильно плановая экономика. Пока была нефть дорогая — можно было рассчитывать на богатый урожай с полей Канадчины, Канзасщины и Оклахомщины, а как подешевела… Так и удалось Рейгану обойти Совдепию в гонке вооружений, а там и вовсе до Перестройки дело дошло.

Запад этого, надо сказать, никак не ожидал, но утешился, увидев в происшедшем подтверждение своей идеи про неправильность советского социализма, из чего был сделан неправильный вывод о правильности социализма, который с энтузиазмом строил он сам. Фрэнсис Фукуяма подхватил эстафету Гегеля, утверждавшего, что в лице прусской монархии человечество достигло вершины и предела своего развития, правда, у него вершина оказалась уже либеральной демократией западного типа. Подобно незабвенному Бен Ладену, непоколебимо убежденному, что все дети рождаются мусульманами и только неправильное воспитание впоследствии их развращает, западные идеологи были уверены, что все дети рождаются демократами и только злодейские диктаторы коварно препятствуют наступлению полной и окончательной свободы.

Но самый звездный час наступил для израильской левой! Еще бы: отменена зловредная резолюция ООН, на целых два десятилетия (а думали, что и вовсе навечно!) вышел из игры изобретатель, друг и защитник "угнетенного палестинского народа", вырвалась из "тюрьмы народов" и обрушилась волной на страну почти миллионная алия девяностых. Все эти события свидетельствовали (ах, как хотелось верить!), что рассосалась главная дилемма, исчез смертельный шпагат, на который приходилось садиться всякий раз при попытке соединить выживание Израиля с "общечеловеческими ценностями" Европы.

Да, конечно, были у мистера Клинтона свои интересы и виды на соглашение Осло, которые мы тут разбирать не будем, но вот ведь и у мистера Обамы соображения были не менее гениальные, так сумел же вредный Биби им противостоять. А Рабин с Пересом (и главное — их электорат!), наоборот, радостно клюнули на крючок без наживки: Наконец-то весь мир (Израиль в том числе!) увидит, что мы всегда были правы! Ща враз сварганим Новый Ближний Восток — обитель всеобщей любви, мира и прогресса, и будем на нем самыми главными, а гадких конкурентов-поселенцев с их дурацкими национальными идеями просто сотрем с лица земли!

…Думаю, нет необходимости напоминать, чем и как быстро все закончилось. В девяносто четвертом приехала я в Израиль и до смерти не забуду жуткого взгляда Рабина на телеэкране. Не знаю и гадать не стану, кто, как и за что его убил, но знаю совершенно точно, кто, как и зачем его смертью постарался воспользоваться, нисколько своих намерений не скрывая. Не помогло.

Помню судорожную активность левых, индейские пляски вокруг "наследия Рабина", сверхщедрые предложения Барака арабам (естественно, ими отвергнутые), его же истерику после ухода из Ливана и появления на границах Хизбаллы. Помню, как шантажировали Шарона, а потом еще полутрупом держали его в премьерах, пока не закончили очередной этап отдавания земли за войну. И все же права оказалась моя весьма левая знакомая, которая сразу после убийства Рабина промолвила с ужасом: "Прежнего Израиля больше нет".

Сегодня в стране существует невыраженный, но реальный консенсус: левые и удерживаемые ими инстанции — не решение, а проблема. А для проблем, как известно, ищут решение и, как правило, в конце концов находят. Пока что не ясно, как, например, обезвредить "Высший Суд Справедливости": то ли судей менять, то ли сузить полномочия, то ли вовсе ликвидировать за ненадобностью…

Пробуются варианты, споры идут, но уже не видит Нетаньягу угрозы своей популярности в идиотских обвинениях в неправильной сдаче бутылок от слишком дорогого шампанского: судебный приговор на таких соплях не склеишь, а моральной инстанцией юристы не являются уже давно. Тем более, после дела "Хевронского солдата" народ их и вовсе слушать не станет.

Еще меньшей любовью пользуется Гистадрут —мужественный борец за права госчиновников и монополистов вроде Электрической компании. Помню, пришел раз к соседке техник холодильник чинить и заявил озабоченно: "Холодильник у вас, мадам, прямо таки член Гистадрута: хочет — работает, не хочет — нет".

Непосредственно в данный момент идет борьба за СМИ, в основном, в форме схватки бульдогов под ковром. Но газетчики — народ ушлый, поняли уже, куда ветер дует, и стали статьи (http://cursorinfo.co.il/israel-ha-jom-gistadrut-perezhitok-proshlogo/) публиковать, каких бы прежде никогда себе не позволили, зато газета, давно уже себя не окупающая, поскольку левым идеалам верна до конца, открытым текстом признается (http://www.vesty.co.il/articles/0,7340,L-4948757,00.html), что для нее и ее читателей поселенцы страшнее всякой Хизбаллы. Лучше всех охарактеризовал эту ситуацию уже десять лет назад Шимон Перес: "Евреи победили израильтян".

В переводе на общепонятный: Реальные, живые евреи порвали и растоптали фантом "израильтянина — общечеловека", не нуждающегося ни в территории, ибо нематериален, ни в безопасности, ибо умеет побеждать зло добром, ни даже в рыночной экономике, ибо абсолютно бескорыстен. У реальных евреев есть свои интересы — их и будут отстаивать по мере сил и возможностей. Не знаю, удастся ли нам еще расширять поселения, не знаю даже, все ли удастся сохранить, но знаю, что именно поселенцы были и останутся народными героями, что именно их идеология станет основой мировоззрения будущей элиты.

Что называется, не было бы счастья — да несчастье помогло. Удар был таким мгновенным и болезненным, что не устояла даже самая прекраснодушная наивность, и горький урок Израилем был усвоен. В Европе же все было наоборот.

* * *

—Лень, отвори дверь! Сгоришь!
—Хоть сгорю, да не отворю!
Русская прибаутка


Примерно в то же время, когда отчеканил Перес знаменитое свое определение, я гостила в Германии и слышала там множество рассказов о людях, переселяющихся из Израиля, поскольку в наших краях нервы у них не выдерживают постоянной угрозы терактов, тотальных проверок на входе — от аэропорта до супермаркета — да и вообще какого-то смутного ощущения, что вокруг делается не то и не так… Я спорить не стала — действительно, в Германии было тогда не в пример спокойней, весьма привлекательно для желающих расслабиться.

И они расслаблялись на всю катушку. Прежде всего резко сократили расходы на армию и вооружение — теперь-то ведь нечего бояться! Можно исполнить извечную мечту всех робин-гудов "социальной справедливости" — масло вместо пушек, для всех и даром. Даром — и всем поровну, и чтоб никому не обидно. Свобода от всего, что может нарушить безмятежность существования индивида: государственные границы ликвидировать, в школах отметки отменить, в университетах предусмотреть "защищенные зоны", чтобы укрываться от неуважительных слов и даже взглядов. Полное равенство в потреблении между тружеником и бездельником, читай вожделенное "отнять и поделить".

Понятно, что такая райская жизнь возможна лишь под защитой бюрократического ангела с пылающим мечом, и потому со сверхзвуковой скоростью размножались столоначальники — как в госучреждениях, так и в "неправительственных организациях", финансируемых почему-то из бюджета, да сверх того еще в органах "сверхправительственных", типа Европарламента или ООН. И совершили они все вместе и каждый по отдельности множество славных деяний, как то:

Электростанции атомные отключали, СО2 по углам ловили, диктаторов всяческих ублажали, промышленность из Европы изгоняли, но главным, самым потрясающим (устои) подвигом было, конечно, массовое запускание в страны западной культуры носителей культуры совсем другой.

До недавнего времени переезжая по какой бы то ни было причине на новое место, переселенцы были прежде всего озабочены тем, чтобы прокормиться, отыскать подходящую "экологическую нишу" и под нее корректировали свое поведение. Поведение сегодняшних пришельцев из Африки или с Ближнего Востока в Европе определяется главным образом полным отсутствием необходимости заботиться о хлебе насущном. Работать им не надо, не надо даже усилия прилагать для эксплуатации туземцев, как проклятым колонизаторам — сами все поднесут на блюдечке с голубой каемочкой. И как же не двинуться им рядами и колоннами в этот рай? Как же не навязывать туземцам свое мировоззрение, свой образ жизни, который им представляется единственно правильным? Честное слово, на их месте так поступил бы каждый!

А если при этом подвергается опасности привычный уклад аборигенов, традиционные отношения между людьми, их уровень жизни, да и самая жизнь?.. Если теряется то самое ощущение спокойствия и безопасности, которых так недоставало некоторым в Израиле? Если на соборной площади Кёльна в новогоднюю ночь женщин терроризируют, а во франкфуртском аэропорту шампунь конфискуют на посадке?

…Ну, что вы! Стоит ли обращать внимание на такие мелочи на фоне перспективы прекрасного нового мира?

* * *

И вот, от имени и по поручению этого мира приезжает в Израиль Зигмар Габриэль. Не случайно вскоре после скандала объявит он, что "нынешнее правительство — не Израиль", ибо Израиль, избравший такое правительство, с его системой ценностей никоим образом несовместим.

Конечно, по правилам дипломатии в чужой монастырь со своим уставом не лезут, но в данном случае ему важно было рассудку вопреки, наперекор стихиям продемонстрировать своим избирателям непоколебимую верность уставу собственного монастыря — хоть в Израиле, хоть на необитаемом острове.

Моральная и материальная поддержка самоненавистников из "Бецелема"? Так его партия дома из бюджета финансирует таких же хулиганов, бегающих по улицам с плакатами: "Германия, околей!"

С нашими "правыми" отказался встречаться? Так у них же самих аккурат в прошлом месяце цензуру ввели — всех, кто озабочен выживанием собственного народа, в соцсетях отслеживать, аккаунты закрывать, изданиям их не давать рекламы, организациям залов для собраний не предоставлять, неугодных авторов гнать с работы и блокировать их банковские счета, в школах подучать ребятишек доносить на родителей. (Причем, к делу привлекаются опытные кадры из политической полиции ГДР!)

А что не состоялось свидание с Биби… да он бы у себя дома политика, что благом своей страны и народа больше озабочен, чем страданиями коллег Бен Ладена, сроду бы и на порог не пустил!

…Так вот они теперь и живут в своей Германии, за такую жизнь Зигмар Габриэль и призывает голосовать своих сограждан, и ведь проголосуют, скорее всего.

Естественно, Биби, со своей стороны, важно своим избирателям продемонстрировать, что он их всеми силами намерен от такой жизни защищать, не поддаваясь давлению прекраснодушной Европы. И независимо от того, будут ли у этого мини-конфликта какие-нибудь последствия, он однозначно свидетельствует, что нам с ними не по пути.

Экономические отношения — всегда пожалуйста, защита общих интересов (например, газопровода в Европу) — с полным нашим удовольствием, научное сотрудничество — премного благодарны! А вот насчет морали с идеалами — извините, не подойдет.

Ничего не скажешь — сбылись предсказания Ханны Арендт: неказистая маленькая страна, озабоченная борьбой за выживание… в отличие от стран великих и прекрасных, давно уже утративших всякую надежду.

http://kassandra-1984.livejournal.com/76973.html