Maof

Monday
Sep 21st
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 
60-летию трагической гибели "Альталены" посвящается
 
 
Мы с женой и сыном сидим в салоне небольшого уютного дома в Рамат-Гане в гостях у Элиэзера Локера. Наш хозяин, симпатичный мужчина лет 75-ти, один из немногих активистов организации бойцов "Альталены". Прошло 60 лет, за спиной много войн и "иных уж нет, а те далече".

Мы начинаем разговор с книги "Возвращенный выстрел" Риты (Ривки) Цукер. На нас эта небольшая и очень личная книга произвела сильное впечатление. Рита из нашей алии 90-х, она всю жизнь искала и в конце концов в Израиле посмертно нашла своего отца Моше Цукера, который через полгода после ее рождения уехал в Палестину и каким-то образом оказался на борту легендарной "Альталены".

"Альталена" - типовой  американский десантный корабль, который участвовал в высадке союзных войск в Нормандии, но после войны был списан за ненадобностью и очень недорого куплен людьми "Эцеля" (боевая организация Менахема Бегина, продолжательница дела "Бейтара" Жаботинского). В память основателя "Бейтара" корабль был переименован в "Альталену" ("качели" по-итальянски) - известный псевдоним, под которым Жаботинский в юности опубликовал множество своих статей.

На деньги организации Бегина "Альталена" привезла в только что созданный воющий Израиль огромное количество оружия и на глазах у всего Тель-Авива была расстреляна и потоплена по приказу Бен-Гуриона. Командовать расстрелом "Альталены" вызвался (после того, как несколько боевых офицеров от этого категорически отказались) молодой Ицхак Рабин, и после выполнения этого "деликатного" поручения стал любимцем Бен-Гуриона, быстро сделал армейскую карьеру, несмотря на очевидные провалы и многократно доказанное профессиональное неумение.

"Альталена" была уничтожена ровно 60 лет тому назад, 22 июня 1948 г. При этом погибло 19 человек - 16 с "Альталены" и 3 из нападавших бойцов "Пальмаха". А сколько сотен бойцов потом погибло из-за острейшей нехватки оружия и боеприпасов, сколько сил и средств можно было сберечь, если бы привезенное оружие было бы использовано! Тем более, что во Франции было заготовлено оружия еще на 5 таких рейсов (всего было закуплено вооружение полной пехотной дивизии), да еще корабль с оружием готовили к отправке евреи Шанхая.
Но Бен-Гурион жестко показал, что победа над несоциалистической оппозицией для него важнее победы над арабским врагом. Неофициозные историки считают, что оружие и бойцы "Альталены" смогли бы вернуть нам Старый город и Восточный
Иерусалим еще в 1948 г., но у истории нет сослагательного наклонения ...
Зато расстрел "Альталены" был исключительно выгоден Бен-Гуриону - привел к фактическому развалу популярной бегиновской организации "Эцель" и хотя самого Бегина не удалось убить или арестовать, но на ближайших выборах люди Бен-Гуриона одержали сокрушительную победу.
Обо всем этом мы и беседуем с ветераном "Альталены" Элиэзером Локером.
 

 
Элиэзер, давайте начнем рассказ с Вашего детства.

Я из Черновиц, в детстве меня звали Леопольдом. Кстати, если еврей говорит, что он из Бухареста - скорее всего он один раз в жизни был в Бухаресте. Так же, как и я - говорю, что я из Черновиц, но на самом деле мы из "штетла" в окрестностях Черновиц. В местечке говорили на идиш, украинском, немецком и румынском - дома говорили по-немецки, так как это была часть Австро-Венгрии. В 1918 нас захватили румыны, а в 1940 пришли русские (Вся наша беседа проходит на иврите, но Элиэзер немного говорит и понимает по-русски, который успел выучить за год советской оккупации и в гетто, где были русскоговорящие евреи).
 

Из своей учебы в советской школе я помню, что в классе румыны и украинцы постоянно обзывали нас "жидами". И вот, я был тогда в 2-м или 3-м классе, новая советская учительница услышала это и возмутилась. И она потребовала, чтобы наш обидчик пришел в школу с матерью и отцом, и сказала ему и его родителям: "У нас так не говорят! Если я еще раз услышу такие слова, то ты и твоя семья отправитесь в Сибирь". Они замолчали, но антисемитизма, конечно, меньше не стало.

Когда началась война, нам пришлось пройти несколько сот километров из района Черновиц до Могилева-Подольского, между ними было 3 или 4 гетто, там мы провели более 3 лет.

Правда ли, что румыны относились к евреям значительно мягче, чем немцы?

Да нет, они тоже были ужасны. Возможно, румыны были несколько менее злобные, чем нацисты, но и они убивали. Если немцы убивали 100%, то румыны, может быть, только 80%. Но факт, что часть евреев нашего гетто дожила до освобождения. Немцы обычно полностью ликвидировали гетто.

Нас освободила Красная Армия, а еще раньше появились партизаны. Был момент, когда немцы и румыны ушли и все ужасно обрадовались и вышли из гетто, а у части нашей молодежи тогда уже появилось оружие. Но отец сказал - осторожно! и действительно через несколько часов опять появились немцы, тогда войска наступали и отступали. Вообще это было самое опасное время, только бы не попасть на глаза озлобленным немцам.
Тех, кого спасла Красная Армия, кто был постарше и в приличном физическом состоянии, тут же силой призывали в Красную Армию – моего старшего товарища забрали и даже некоторых девушек брали.

А до войны у нас была большая ферма - лошади, ягнята, коровы, козы, утки; настоящая ферма, у нас работали евреи и гои. Конечно, не у всех евреев была такая собственность - в штетле были самые разные евреи - часть были ремесленники, другие были служащие, меламеды и врачи.

Мы прямо оттуда начали двигаться домой, но вокруг были бандеровцы и из-за них мы не могли добраться до своего дома - евреям было очень опасно появляться в сельской местности. Погибли племянник моей матери зубной врач Изя Френкель, еще один родственник и еще наш сосед. Бандеровцы поймали этих трех евреев и повесили их в лесу (и это было уже при Советской власти!)

Но мать очень хотела видеть наш дом и ферму. Я об этом не знал, а отец, наверное, знал. Ей нужно было проехать на лошади 30-40 км. Приехала к местной крестьянке, ночевала там у нее, та разбудила ее часа в 3 ночи и сказала "поскорее уходи отсюда". Мать благополучно вернулась к нам, она поняла, что ферма нам больше не принадлежит и возвращаться нам некуда. И больше наша семья никогда там не была.

После этого мои родители переехали в Черновицы. Я и брат опасались, что нас скоро призовут в русскую армию и не дадут уехать в Палестину, поэтому молодые евреи стали потихоньку перебираться в Румынию. Моя семья все эти годы поддерживала Жаботинского, мы были членами "Бейтара".

А Жаботинского Вы видели? Он приезжал?

Сам я его, конечно, не помню, но родители рассказывали. Жаботинский приехал в Черновицы примерно в 1933-34, призывал евреев бросить галут и ехать в Палестину.
Но его забрасывали помидорами и тухлыми яйцами ...

Итак, родители остались жить в Румынии с моими тремя сестрами, а мы с моим младшим братом искали дорогу в Эрец Исраэль, для этого мы перебрались поближе к венгерской границе. Там был румынский аэродром и также русские военные.
И мы организовывали маленькие группы по 10-15 молодых ребят и перебрасывали их в Венгрию, откуда можно было перебраться на Запад. Мы договорились с одним русским офицером и использовали его грузовик, который перевозил наших ребят через границу с Венгрией.

Собственно, это была уже не совсем Румыния, а Трансильвания - евреи там были очень религиозные, хасиды. Один еврей служил там в полиции, помогал русским и мы его очень боялись, но другой человек дал нам знать, когда напали на наш след.
И тогда мы организовали последний такой рейс на грузовике и забрали с собой еще несколько ребят.

Я помню, как сейчас, этот последний день - как мы залезли в кузов грузовика, водитель накрыл нас брезентом, потом набросил сверху какие-то тряпки ("шматес"), мешки, грязные банки с мазутом. На границе русский солдат поднялся  на ступеньку: "Ну, что у тебя там?". И наш водитель его послал по-русски, тот поленился проверять и мы проехали. И уже через несколько километров был совсем другой мир. Так мы сбежали от русских и Советской власти.

Мы прибыли в Австрию, в Вену, а там действовали все еврейские организации, там было отделения "Бейтара" и "а-Шомер а-Цаир" и другие. У "Бейтара" было не столько "отделение", скорее лагерь, где работали наши люди . Все это организовал для нас "Джойнт" - проживание в брошенных британской и американской армией лагерях, "Джойнт" давал нам еду, в целом условия были вполне неплохие (особенно после гетто). Например, я жил в Линце в шведском караване. И главное - мы были среди своих и у нас была прекрасная цель!

Сколько Вам тогда было лет?

Мне было 14-15 лет, я помню, что моя бар-мицва была в концлагере (это было нечто среднее между концлагерем и гетто) - отец потихоньку собрал мне миньян, меня поздравили и дали немножко еды. А потом отца забрали на почти полгода на работы под землей (копали туннели, что-то добывали), отец рассказывал, что они работали на немцев. Чудо, что он вообще смог вернуться обратно в гетто.

И как Вы попали на "Альталену"?

Мы жили в лагерях в Австрии, также в Германии, затем в Италии. Например, мой товарищ Йехиэль Кадишай приехал из Палестины от "Эцеля" и таких было немало, в другим местах были и люди "Хаганы". Мы были в лагере "Эцеля", в нескольких домиках или караванах, в основном там была бейтаровская молодежь.

Моего командира звали Иегошуа, а Кадишай был командиром группы "итальянцев".
Как-то нас оставили ночью в лесу и мы должны были сами поодиночке найти дорогу к точке сбора. У меня был опыт ориентации в лесу со времен детства, поэтому я первым из группы вернулся. Иегошуа удивился и говорит: "Ну молодец, ты в лесу, прямо как рыба в воде".

Как минимум полтора года нас тренировали и учили обращаться с оружием и  взрывчаткой; наши командиры покупали оружие у американцев, у немцев, у кого удавалось и на борт "Альталены" мы поднялись со своим личным оружием.
Мы с братом на "Альталене" были из самых молодых, а большинству было 18-20 лет.

Кто Вами командовал?

Организатором этого рейса был Ставский, тот самый, на кого социалисты пытались навесить убийство Арлозорова. После его оправдания судом он уехал за границу, и прибыл с "Альталеной" из Америки. Но Ставский получил пулю от людей Рабина при расстреле корабля в Тель-Авиве. Он лежит на нашем кладбище в Нахалат-Ицхак, где похоронены все 16 наших товарищей. Но это сейчас, сначала люди были похоронены в разных местах. Сейчас этот участок относится к Министерству Обороны, так же как и оба музея "Эцеля".
У каждой группы, каждого взвода были свои командиры. Командиром всей "Альталены" был Элияху Ланкин. Менехем Бегин поднялся на борт уже в Израиле, в Кфар-Виткин.
 

А как разворачивались события ?

Сначала мы пришли к небольшому причалу в поселке Кфар-Виткин. Но там были не готовы, поэтому на ночь мы ушли в море, это была дополнительная опасность, а утром вернулись в Кфар-Виткин, там уже подготовились к нашему приходу и мы начали сгружать оружие.

Мы, рядовой состав, конечно, не знали, что происходит, что собирается делать Бегин и т.д. Когда начали стрелять, мы не поняли, кто и откуда стреляет - мы решили, что это напали арабы. Нам даже в страшном сне не могло прийти в голову, что это так нас встречают евреи Эрец Исраэль, на защиту которых мы прибыли.
Большая часть наших бойцов уже сошли на берег, а немногие вернулись на борт. И Бегин приказал уйти в море и идти на Тель-Авив.
У нас было оружия примерно на 6-7 тыс. человек, и это были не старые винтовки, а отличное новое, частично автоматическое оружие - 5000 английских винтовок, ручные автоматы "Стен", 150 пулеметов "Шпандау", пулеметы "Брен", миллионы патронов, 100 тонн динамита, противотанковые ружья, минометы и многое другое.

Позже, во время Войны за Независимость наш взвод получили 3 автомата "Стен" на десятерых и мы выпрашивали их друг у друга. Мы буквально плакали - сколько и  какого оружия пропало на "Альталене", а теперь нам нечем воевать!

Что Вы знали о своей задаче, о программе действий Бегина?

Мы ехали, чтобы победить арабов и освободить Землю Израиля для евреев! Мы день и ночь тренировались, мы не сидели сложа руки ни в Германии, ни в Австрии и Италии. Мы постоянно тренировались в лесу с оружием и взрывчаткой. И всю поездку на "Альталене" мы тоже тренировались, не было ни одного дня без упражнений.
У нас в трюме было 5 бронетранспортеров, а в Австрии я немного научился управлять трактором. Моя задача была в плавании следить и ухаживать за этими машинами, поэтому большую часть времени я проводил внизу в трюме.
Потом после войны я использовал этот опыт - работал на тракторе, на бульдозере.

А как Вам удалось спастись?

Когда Бегин приказал всем оставить судно, я тоже прыгнул в воду. С берега стреляли по шлюпкам, по людям в воде, были убитые и раненые. Люди Рабина вели прицельный огонь даже после того, как "Альталена" подняла белый флаг.
Кому удавалось, те добирались до берега и каждый старался куда-то спрятаться.
Люди Бен-Гуриона пытались арестовывать нас на берегу, но значительная часть населения была против и мешала им, так и мне удалось скрыться. Многие искали своих родственников, я тоже.

"Альталена" горела, ее командир Элиягу Ланкин решил спасти оставшихся на корабле
людей и город от страшного взрыва, ведь на борту было очень много боеприпасов и взрывчатки. Когда он увидел, что погасить пожары на борту не удается, он приказал затопить трюмы и это спасло от взрывов. Один Б-г знает, что было бы с Тель-Авивом, если бы вся эта взрывчатка разом рванула!
 
И это правда, что люди Бен-Гуриона пытались убить Бегина?

Да, они стреляли по кораблю в надежде, что удастся его убить. Они убили Ставского и других, но Бегину повезло, его прикрывали. Бегин не хотел уходить с корабля, его буквально силой стащил в воду Йоске Нахмиас, сейчас он замдиректора музея "Эцеля".
Потом Бегин выступал по подпольному радио и буквально плакал как ребенок.
 

У Вас были неприятности из-за того, что Вы прибыли на "Альталене"?

У меня нет, но я держал это в полной тайне и долгие годы никому не говорил об "Альталене". И потом я не был наемным работником, а для тех, кто искал работу, это было настоящей трагедией. Все работы контролировались Гистадрутом и человек с "Альталены" не мог устроиться нигде и никогда, хоть с голоду подыхай. Мне удалось найти в Израиле родственников, и они мне тогда сказали: "Никогда и никому не рассказывай, что ты прибыл на "Альталене! Надо придумать какую-нибудь другую историю, но про "Эцель" и "Альталену" забудь навсегда!"
 

А когда стало возможно говорить об "Альталене"?

Когда через 29 лет Бегин пришел к власти, стали устраивать "хазкару" (траурную церемонию) и стали приходить сотни людей. Собственно, такие церемонии проводились и раньше, но их мало кто посещал, одним было трудно добираться, другие боялись "засветиться". И вдруг после победы Бегина стало даже модно говорить: "А я прибыл на "Альталене". Все вокруг, оказывается, прибыли на "Альталене"! Были даже шутки, что на "Альталене" приплыло 20 тысяч человек и  из-за этого она и затонула ...

Сначала мы устраивали "азкару" на берегу напротив места расстрела "Альталены" (там, где сейчас небольшой монумент ее памяти) и тогда Бен-Гурион приказал убрать останки корабля подальше в море, чтобы не мозолить глаза и не напоминать. И флот отбуксировал и затопил корабль в глубоком месте.

А сейчас появилась идея поднять "Альталену". Поднять весь корабль крайне сложно, но можно было бы поднять фрагменты и сделать из них монумент. Пока речь идет о частном проекте какого-то богатого американца и непонятно, будет ли иметь к этому отношение наше государство.

А почему монумент "Альталене" находится на пляже в таком месте, о котором даже коренные тель-авивцы не знают?

Об этой истории мне особенно тяжело вспоминать. При Бен-Гурионе и его последователях о монументе вообще говорить не приходилось, он даже запретил платить пособия убитым и раненым с "Альталены", называя их "фашистами" и "террористами". Зато пушку, с которой расстреляли корабль, он называл "святым орудием" и хотел поставить в музей.

Наш монумент поставили после десятков лет нашего давления, но сделали маленьким и незаметным, и загнали его на дальний конец уходящего в море пирса, так что только случайные гуляющие и немногие купальщики его видят. Мы долго вели переговоры с бывшим мэром Тель-Авива Рони Мило, но большего не добились -  поставить его на прогулочной дорожке вдоль пляжа отказывались категорически.



Кстати,  наконец в этом году к 60-ю трагедии мы смогли добиться нового монумента, побольше и - главное - теперь он стоит на прогулочной дорожке ("тайелет") и будет доступен большему числу людей. А старый монумент? Мы еще не решили - то ли перенести его поближе к Яффо к музею "Эцеля", где часть экспозиции посвящена "Альталене", то ли перенести на кладбище "Нахалат Ицхак".

А официальное открытие нового монумента состоится 19 июня, к 17.00 мы собираемся на "азкару" на кладбище, после чего желающие смогут сесть в автобус и организованно поехать на набережную Тель-Авива к монументу, оттуда всех вернут на кладбище к своим машинам.


"Братоубийственная война - никогда...!" Менахим Бегин

А как Вы познакомились с Ривкой Цукер?

Один из моих товарищей служил как раз вместе с отцом Ривки Цукер, я их познакомил. Товарищ помнил Моше Цукера - они были из одной "немецкой" группы, Цукер пал в бою под Рош-Пиной, Министерство обороны считало, что он погиб где-то в Синае, но вряд ли они специально ей морочили голову, они просто не знали, кто и где погиб. Я тоже помогал ей в этих поисках, но мне не удалось быть на первой презентации ее книги в Ашдоде.

И последний вопрос: Израильский официоз и школьные учебники представляют эту историю как вынужденное подавление бегинского "путча", дескать у Бен-Гуриона просто не было другого выхода для спасения еврейского государства.
Что Вы об этом думаете?

Это абсолютная чепуха! Ясно, что совершивший преступление всегда ищет ему оправдание. Почему это чепуха? Конечно, я тогда не имел никаких контактов с Бегиным и не мог знать его мыслей. Но во-первых, все наши командиры несколько лет готовили нас к войне с арабами (и возможно с англичанами), но никто и никогда не подразумевал, что мы можем воевать за власть со своими евреями.

Во-вторых, общеизвестно, как повел себя в той ситуации Бегин - не разрешал открывать ответный огонь, пытался вести джентельменские переговоры. Разве  руководитель путча, у которого почти тысяча бойцов на борту и огромное по тем
временам количество оружия, будет себя так вести? Да будь у нас такая цель, мы могли бы захватить весь Тель-Авив, мы были сильнее тех частей Пальмаха, которые согнал туда Бен-Гурион! Разница в том, что они стреляли в нас без зазрения совести, а мы - нет.

          ***********************************************


Мы выходим от Элиэзера Локера слегка подавленные. Мы давно знакомы с трагедией "Альталены" и уже третий год участвуем в организации дня ее памяти в Тель-Авиве (кстати, чисто "русская" инициатива), не раз встречались и беседовали с участниками тех событий, и все-таки каждый раз, когда ближе сталкиваешься с этой историей, пробирает дрожь. Как будто вернулся в самые страшные советские времена - как все это по-сталински!

И каждый раз я снова задаю себе вопрос - как могли Бен-Гурион и его окружение так поступить? Как мог Ицхак Рабин гордиться своей ролью палача "Альталены"? –  а факт, что очень гордился! и на вечере воспоминаний сотрудников нашего МИДа в Нью-Йорке по собственной инициативе рассказывал, как они стреляли в ребят и лодки, плавающие вокруг "Альталены" с белым флагом, чем поразил даже профессионально циничных мидовцев.
И как мог молодой Шимон Перес, сидя в бен-гурионовской компании на следующий день после разгрома "Альталены" и слушая по радио душераздирающую речь Бегина, которая ужаснула полстраны, хохотать и радоваться, что наконец-то раздавили эцелевскую гадину? Смеяться над Бегиным, который мог силой отобрать у них власть, но не захотел, наивный дурачок, стрелять в евреев!
А какими "высокими" мотивами руководствовался знаменитый мэр Иерусалима Тедди Колек, который шпионил на англичан и сдал им многих бойцов "Эцеля", часть из которых погибла?

И как нам все-таки относиться к Бен-Гуриону? Ведь мы так привыкли считать Бен-Гуриона великим человеком и одним из символов Израиля. А здесь он выглядит безнравственным хитрецом, который организовал провокацию на манер убийства Кирова или поджога рейхстага, а потом переписал историю "под себя".

Да, отвечаю я себе, Бен-Гурион безусловно великий человек и возможно единственный, кто мог в тот момент создать государство Израиль. Но при этом он был до мозга костей большевиком (недаром он даже в стиле одежды подражал Ленину) и в его сознании не укладывались всякие либеральные ценности, парламентская борьба за власть и т.д. "Эцель" для него был не политическим противником, с которым надо считаться, а лютым врагом, которого по-ленински и по-сталински нужно физически уничтожить. И не в первый раз израильские социалисты использовали такие методы - вспомним, как подло они травили Жаботинского, как всесторонне использовали убийство Арлозорова (тогда пытались засудить Ставского, которого потом добили на "Альталене"), вспомним, как они ловили и сдавали англичанам бойцов "Эцеля" во время "Сезона", как при Рабине топтали лошадьми и калечили дубинками инакомыслящих после подписания "соглашений Осло" и как организованно травили правых после убийства Рабина.
 
Все это звенья одной цепи и одного тоталитарного взгляда на мир. И взгляд этот по-прежнему жив и актуален (вспомним кровавую Амону весной 2006 - предвыборную пробу сил Ольмерта) и поэтому "Альталене" все еще не место в музее истории! Пока большинство нашего общества верит, что Бен-Гурион правильно сделал, когда "для спасения единства народа" и "с болью в сердце и со слезами на глазах" пожертвовал "Альталеной", все это запросто может повториться.
 

Частично напечатано в "Новости недели"