Maof

Tuesday
Sep 22nd
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
 

«Какой урок вы пытаетесь передать на ваших экскурсиях?» - спросил я молодую экскурсоводшу в музее «Яд Ва-шем» (по строке «память и имя дам каждому из вас» – т.е., что от каждого останется память и имя – прим.перев.). «Урок – что это может случиться с каждым», - ответила она, без колебания, - «что в каждом из нас прячется маленький нацист». 

В тот момент я понял, что музей «Яд Ва-шем», возможно, самый важный институт в мире по сохранению исторической информации о тех черных днях, но это и самый существенный институт по отрицанию уроков того периода. Выводы Катастрофы гораздо важнее технической резолюции. Можно приложить все усилия, чтобы сосчитать все деревья в лесу, но если вывод, к которому приходят, что это клеверное поле, то вреда больше, чем пользы. 

Нет во мне никакого маленького нациста. Я принадлежу к народу хороших людей. Самых лучших. Просто потому, что народ плохих – самых худших какие возможны – видел во мне своего самого горького врага. Гитлер (имах шмо везихро - да будет стерто его имя и память о нем) нашел «окончательное решение» и решил таким образом вопрос являемся ли мы избранным народом. И от этого явного вывода государство Израиль пытается убежать. Но если бы не Катастрофа, то не было бы и решения ООН (прим.перев. – тут автор в каком-то смысле повторяет ошибку, которую делают многие, говоря, что если бы не Катастрофа, то не было бы государства, наоборот – если бы не Катастрофа, нас было бы в несколько раз больше и государство было бы создано гораздо легче, и без всякого решения ООН), и возможно, если бы не уцелевшие в Катастрофе, которые составляли значительную часть погибших в Войне за Независимость 1948г., вообще мы бы не победили бы в той войне – но государство «должно» быть государством «нормальных», государством «соли земли», а не государством «пыли гетто». Есть ядро в театральных сферах, в литературе, даже в политике, из которого веет понимание, может, даже идентификация с палачом, с его решительным лбом, орлиным взором и белобрысой шевелюрой. Ядро, которое никогда не прилагало особых усилий скрыть свое презрение по отношению к евреям. Тумаркин (скульптор, полуеврей-полунемец, которого воспитывал его немецкий дядя – офицер СС; затем племянник, чья мечта служить в вермахте не сбылась (полу- и четвертьевреи призывались в нацистскую армию - в отличие от евреев, которых депортировали в концлагеря), «репатриировался» по искаженному «Закону о Возвращении» - прим.перев.), объясняющий, что «глядя на  харедим, он понимает нацистов», абсолютно «Штюрмеровская» речь, которой пользуется Амос Оз, когда он впрягается натравливать на израильских поселенцев. «Ты не любишь арабов», - сказал я как-то в телепередаче, обращаясь к Ури Авнери (еще один образчик, который предпочитает, чтобы его называли его немецким именем - Гельмут, и тоже «жутко прогрессивный» – его «Гуш шалом» левее МЕРЕЦа - прим.перев.), - «ты просто ненавидишь евреев». Авнери замолк, ему нечего было возразить. 

В определенном смысле, возможно, гнездится в каждом маленький нацист. Возможно, для этого не надо быть Тумаркиным, возможно, это лишь вопрос дозы. Уцелевших в Катастрофе в книге «Эксодус» Леона Юриса (кто хочет знать, как было на самом деле, читайте почти документальную книгу «Исход из Европы – 1947» - прим.перев.) ведет мужественная личность – капитан корабля Ари Бен Кнаан. Невозможно не видеть в этом «арийскую расу», выросшую прямо из Земли Кнаана, стирая четырехтысячлетние еврейские следы. В отличие от Оза, Юрис пишет с любовью, из возвышенной позиции сионизма. Уцелевшие пройдут метаморфозу и присоединятся к новой расе здесь. 

Уроки Катастрофы и нынешняя суть существования государства противоречат друг другу. И в самом деле, как будем продолжать создавать государство новых израильтян, сбросивших с себя галут и еврейскую идентификацию? Как будем продолжать вытаскивать из Катастрофы легитимацию существования государства и, по пути, и имущество уцелевших? Как будем использовать Катастрофу (теми, кому она нужна для легитимации существования государства – прим.перев.) и отрицать ее одновременно? 

Ответ дала экскурсоводша в «Яд Ва-шем». 

Тот, кто отменяет понятия добра и зла, смешивает палачей с жертвами и превращает всех в моральную жвачку; тот, кто искажает память о Катастрофе и искажает ее смысл – призывает следующую Катастрофу. Потому что тот, кто бежит от своей идентификации, не может позволить себе выйти из ООН, позволяющей гитлеровскому Ирану продолжать сидеть в ООН. Вновь получает очередной Аман моральное разрешение от еврейских руководителей – на этот раз от руководства Израиля. Израиль, отрицающий выводы Катастрофы, вновь окапывается и зарывается в подземные бункеры, в бетонные стены, в «железные куполы», в антиракетные системы «Наутилус», «Хец» и другие технологические убежища. Израиль, отрицающий уроки Катастрофы, превратил убийство евреев в легитимное и заказанное. «Бедный» Ахмадинеджад - он просто не в состоянии устоять перед этим.

Я принадлежу к народу, несущему Б-жественные весть, Завет и Обет. Это секрет чудесного сохранения моего народа и это тайна бездонной ненависти к нам. Еврей не может убежать от своего предназначения. Чем больше он пытается, тем больше он увеличивает гнев гоев. Всем Катастрофам предшествовало чувство «менуха ве-нахала бе-керев амим» (чувствовали себя спокойно и дома среди других народов). Вот мы нашли свое место под солнцем, свое место среди наций. Фараоновой Катастрофе предшествовало укоренение в Египте. Катастрофе Амана и Ахашвероша предшествовало наслаждение от того пира. Катастрофе испанского еврейства предшествовал «тур а-заhав» (золотой век). Катастрофе 1648-49 годов (когда бандиты Хмельницкого вырезали треть тогдашнего количества евреев – прим.перев.) предшествовало процветание общин в Польше, а Катастрофе, которую обрушил на нас немецкий Амалек, предшествовал, разумеется, Берлин, которым заменили Иерусалим в реформистских молитвенниках. Хотите знать откуда придет следующая Катастрофа? Ищите культурно-географический галут, где расслабляется еврей. Ищите место в сознании, куда он бежит от своего еврейского бытия. Ищите именно то место, где ему кажется, что он нашел, где спрятаться от своего Б-га. 

Сегодня – это сам Израиль. Тот, кто не затыкает уши от мирового «нарратива», развивающегося в университетах, знает, что уничтожение Израиля – это нечто почти желательное и, разумеется, легитимное. Ахмадинеждад произносит речи в Нью-Йорке (теперь и в Швейцарии), Дорона Альмога хотят арестовать в Лондоне за «военные преступления». Виноваты – только мы, вновь отрицая уроки Катастрофы. 

(«Макор ришон» 17.04.09) 
 

Перевел Яков Халфин

МАОФ