Maof

Sunday
Feb 25th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
В самом ли деле израильтяне массово вышли на улицы праздновать решение ООН о разделе страны? В 70-ю годовщину голосования 29 ноября 1947г. выходцы из семей ЭЦЕЛ и ЛЕХИ рассказывают об иной стороне той драматической ночи: о тяжелых чувствах из-за отрыва частей Родины и о замыкании в своих домах в то время, когда голоса радости МАПАЙников раздавались на улице. Задним числом часть из них полагают, что Бен-Гурион был прав

Бурная речь транслировалась по радиостанции "Коль Цион а-лохемет" (голос сражающегося Сиона) - подпольной радиостанции ЭЦЕЛя 30 ноября 1947г. Выступал командир организации Менахем Бегин. "В Эрец Исраэль будут 2 арабских государства, а еврейскому государству выделяется не более 10% земли Родины - большей частью в пустыне Негев", - говорил Бегин. - "Иерусали, вечная столица Давида, передарся иностранной власти. Перед большей частью народа народа, пресыщенного преследованиями и мечтающего о Геуле, закрывается дверь к возвращению в Сион. Представители Сохнута, на протяжение четверти века ведшие народ от проблемы к провалу, согласились с этим грабежом и подписали вексель отчуждения земель Родины и будущего нашего народа.
Настоящим мы заявляем перед народом и перед народами мира: расчленение нашей Родины не законно. Оно никогда не будет признано. Подпись учреждений и одиночек под этим договором о расчленении не имеет никакой силы. Она не обязывает еврейский народ, и еврейский народ, сознавая справедливость своего пути, продолжит воевать за освобождение своей страны и прием миллионов своих сыновей на своей земле с обеих сторон реки Иордан... Земля Израиля будет возвращена еврейскому народу, вся, навечно".
v И организация ЛЕХИ выступила с резким протестом. В заявлении, опубликованном в еженедельнике организации "а-Маас" (действие), говорилось: "Раздел Эрец Исраэль резолюцией ООН - в дополонение к первому разделу Британией в 1922г - это преступление перед исторической, географической и экономической правдой Страны, это грабеж против еврейского народа... Еврейский народ не признавал и никогда не признает расчленение своей Родины. Борцы за свободу Израиля (ЛЕХИ), первыми выдвинувшие требование ликвидации иностранной власти и самоотверженно воевавшие за это, продолжат сражаться методами, соответствующими обстоятельствам, месту и времени, за единство Родины и собирание еврейского народа на своей Родине, за величие Родины и народа".

Через несколько дней исполнится 70 лет с 29 ноября 1947г., когда генеральная ассамблея ООН собралась в зданиях Park Flushing Meadows в Нью-Йорке (там тогда располагалась ООН) и проголосовала за окончание британского мандата и за план раздела. Евреи Эрец Исраэль прильнули к радио и напряженно слушали представителей государств, заявлявших один за другим: "за", "против", "воздерживается". В конечном итоге с большинством в 33 против 13 предложение было принято. Смысл его - как видели тогда большинство евреев Эрец Исраэль - заключался в международном признании создания еврейского государства на Земле Израиля.

В коллективной национальной памяти мощно запечатлились картины радости, вырвавшейся на улицы. "Мой отец разбудил меня, чтобы я слушал окончание голосования", - вспоминает 81-летний д-р Яков Цур, в прошлом депутат Кнессета и министр от партии Авода. "Мы жили в районе Неве-Шеанан в Хайфе возле синагоги и по окончании голосования спустились на улицу танцевать. В моей памяти запечатлелась радость: нескончаемые круги людей, танцующих, потому что было создано государство".

Но были в еврейском ишуве и те, кто не чувствовал огромную радость. Более того - они видели в голосовании надломную точку в истории еврейского народа. Таким был, например, проф. Арье Наор (78), зав.кафедры политики и СМИ в академическом колледже "Адасса". "Мы чувствовали, что вот, с одной стороны, принимают решение, что и у евреев будет государство, а с другой стороны, делят страну", - рассказывает Наор о тяжелой атмосфере в его доме в ту драматическую ночь. Его родители были членами ЭЦЕЛ, и его отец был под арестом 29 ноября. "Мы жили с дедушкой и бабушкой, и никто из нас не вышел на улицу. И не только мы: не вышли плясать те, кто верил, что нельзя делить страну, как потому что эта страна принадлежит нам, так и потому что Всевышний, Благословен Он, обещал ее праотцу Аврааму".

"Когда все плясали, я сказал: нечего плясать, потому что мы проиграли Хеврон и Шхем", - вспоминает Эльяким Аэцни (91), бывший депутат от партии Тхия. "Я помню, что чувствовал, что нам достался коридор, а салон у нас забрали. Было ощущение, что в урезанном карикатурном государстве, предназначенном для нас, мы проиграли Эрец Исраэль".

Государство-гетто с искуственными границами

Решение ООН от 29 ноября 1947г. было пиком процесса, начавшегося за 30 лет до этого. В 1917г. лорд Бальфур послал свое известное письмо, выразившее поддержку британским правительством воссоздания еврейского национального дома в Эрец Исраэль. Еще одна существенная станция - это конференция в Сан-Ремо (1920г.), когда государства-победители в Первой мировой войне собрались обсудить аздел Османской империи. Конференция передала Британии мандат на управление Землей Израиля, включая восточное Заиорданье и возложила на Британию ответственность за реализацию декларации Бальфура.

В 30-х годах собирались несколько конференций для обсуждения того, как Эрец Исраэль будет разделена между евреями и арабами: конференция Пилля в 1937г., конференция Вудхеда через год. То, что характеризовало предложения (не реализовавшиеся) этих комиссий, так это то, что территория, предназначенная для еврейского государства, все время сокращалась. В мае 1947г. ООН создала комиссию UNSCOP (United Nations Special Committee on Palestine), в которой были представители 11 государств. Члены комиссии прибыли в наш регион, чтобы проверить какое решение будет самым приемлемым для раздела страны, и выслушали, среди прочих, Давида Бен-Гуриона, вырзившего поддержку идее раздела, и Менахема Бегина, решительно отвергшего.

Эстер Штейн-Ашкенази в своей книге "Мы поклялись ликвидировать галут" рассказывает, что Бегин "настаивал на требовании ЭЦЕЛя создать еврейское государство по обе стороны Иордана и заявил, что противится разделу страны и будет бороться против плана раздела. После поколений ожиданий евреев вернуться в Эрец Исраэль нельзя принимать в расчет отказ от частей Земли Израиля, ии на его языке: "Родиной не торгуют". Он даже предупредил, что если план раздела будет принят, то возникнет "государство-гетто" с искуственными границами. "Эрец Исраэль принадлежала евреям десятки поколений", - подчернул он. - "Надо позволить еврейскому народу вернуться в Эрец Исраэль и жить при своей независимой власти и признании единства всей Страны".

В выводах, опубликованных в конце августа 1947г., комиссия UNSCOP рекомендовала как можно скорее завершить британский мандат на Эрец Исраэль, разделить страну на 2 государства - еврейское и арабское. Согласно резолюции 181 ООН еврейское государство должно было занимать 15 тыс кв км (55% подмандатной Эрец Исраэль, из которой уже было исключено Заиорданье) и включить Побережье, Восточную Галилею и пустыню Арава. Арабское государство должно было включать Иудею и Самарию, бОльшую часть Галилеи, восточный Негев, включая Беэр-Шеву, Иорданскую долину и т.д. Иерусалим определялся как международный район, а в Яффо предполагался арабский анклав в еврейском государстве.

Одним из событий, предшествовавших голосованию, было выступление Андрея Громыко - тогдашнего представителя СССР в ООН, позднее министра ин.дел. 14 мая 1947г. он произнес воспламеняющую речь, посвященную еврейскому народу: после страданий Катастрофы и скитаний без постоянного дома пришло время евреев удостоиться своего государства в Эрец Исраэль. Вследствие этого поэт Натан Альтерман начал "7 колонку" в газете "Давар" под заголовком "По телеграфу Андрею Громыко": "Андрею Громыко, Лайк-Саксесс (резиденция ООН). Спасибо. Нет слов. Мы еще потрясены". (ле-Громыко Андрей / Лак-Саксесс / Кирият УМ. / Тода / Эйн милим / а-ишув од hамум)

Дата голосования на ассамблее ООН отодвигалась несколько раз и в итоге назначена на 29 ноября. Это оставило представителям Еврейского Агентства (Сохнута) во главе с Абой Эвеном и Абой Гиллелем Сильвером время для дипломатичеких усилий в попытке убедить колеблющиеся страны проголосовать за создание еврейского государства.

"После Второй мировой войны возник тайминг, который не повторится, для проведения судьбоносных изменений не только у нас, но и во всем мире", - говорит проф. Моти Голани, зав.кафедры истории еврейского народа при Тель-Авивском университете. - "Бен-Гурион, Хаим Вайцман и другие знали, что речь идет об "искусстве возможного": не то, что желательно, а то, что мы можем достичь. Они понимали, что это возможность, которую нельзя упускать".

Поддержка плана UNSCOP характеризовала партию МАПАЙ (доминантную тогда партию) и партию Общих сионистов (вторая по численности партия). Среди религиозных сионистов возникли споры, усилившиеся перед голосованием в ООН. В своей книге "Религиозный сионизм - история и идеология" описывает раввин Шварц, как религиозные представители стояли против руководства Сохнута и требовали, чтобы еврейское государство было создано на всей территории Эрец Исраэль. "Решение комиссии ООН о разделе и особенно отдельный статус Иерусалима были кризисом для религиозных сионистов, который постарались преодолеть утверждением о постепенности Геулы. Мессианская идея была одним из факторов, продиктовавших реакцию", - пишет Шварц.

Раввин Цви Йегуда а-Коэн Кук, бывший в то время духовным руководителем ешивы "Мерказ а-Рав", принимал участие в общественной деятельности по созданию государства. Раздел страны по решению ООН принес ему нестерпимую боль. Свои чувства в ночь 29 ноября он описал на трапезе в честь 19-й годовщины Дня Независимости Израиля, за 3 недели до начала Шестидневной войны. Его речь удостоилась с тех пор названия "19-й псалом государства Израиль" и многие видят в той речи пророческую мечту о возвращении в Иудею и Самарию. "19 лет назад в ту ночь 29 ноября, когда было получено известие о положительном решении ООН о воссоздании государства Израиль, когда весь народ устремился на улицы праздновать свою радость, я не мог выйти и присоединиться к веселью", - рассказал он. "Я сидел в одиночестве и красный от напряжения. В те первые часы я не мог смириться с ужасной вестью, в которой осуществлялось слово Всевышнего (из книги малых пророков): "И Землю Мою разделили!" (прим.перев. - дословно “Я соберу все народы и сведу их в долину Йеошафата, и буду судиться там с ними за народ Мой и за удел Мой – Йисраэйль, который они рассеяли среди народов, и за землю Мою, что они разделили” (Йоэль 4)) Где наш Хеврон - мы забыли это? Где наш Шхем - мы забыли это? А где наш Йерихон - мы забыли его? А где наше Заиорданье? Где каждая пядь? Где каждая часть Земли Всевышнего? Имеем ли мы право отказаться от одного миллиметра? Не дай Бог!"

С вершины здания IMCA

В сущности, и у Бен-Гуриона в ту ночь не было настроения для танцев. "Вернувшись в Иерусалим и увидев город радующимся и веселящимся, танцы на улицах и множество людей, собирающихся во дворе здания Сохнута, скажу правду: я не был рад", - рассказывал он позже. - "Не потому что не оценил решение ООН, а потому что знал, что ожидает нас: война со всеми арабскими армиями. Я знал, что они нападут на нас, когда мы создадим еврейское государство; я был занят, в основном, двумя вещами: закупкой станков для военной промышленности... и закупкой легкого оружия. Свои впечатления я могу выразить двумя словами: радость и дрожь".

Руководство ревизионистского движения, разумеется, не присутствовало на массовых торжествах. Как, например, журналист и писатель Аба Ахимеир, один из духовных лидеров движения и руководителей протеста против британского мандата. "Отец сказал мне, что дорога к независимости нашего народа пройдет не по бумажному, а по железному мосту", - вспоминает его сын Йоси Ахимеир, возглавляющий ныне институт Жаботинского. "Он верил, что достижения цели - при отсутствии другой возможности - добиваются силой, самопожертвованием, сидением в тырьме, ранением, даже смертью. Поэтому он достаточно инертно отреагировал на решение ООН, зная, что арабы не примут это, и зная, что речь идет о еще одной бумажке, которую очень легко нарушить. Его идея была доказана действительностью: резолюция от 29 ноября была нарушена непринятием ее арабами и вторжением арабских армий в Эрец Исраэль.
С точки зрения моего отца, главное в резолюции было расчленение страны - отрыв от исторических частей, упоминаемых в ТАНАХе. Самое главное - что нас отрывают от Иерусалима. Годами мой отец был иерусалимцем, потом переехал в Гуш-Дан, но несколько раз в неделю ездил в столицу работать в редакции Еврейской энциклопедии. Выходя из редакции, он поднимался на крышу башни IMCA и зачарованно смотрел на Старый город. Я полагаю, что был бы рад событиям 1967 года, которые были ответом на 29 ноября, но он умер до Шестидневной войны".

"Многие видят в резолюции о разделе от 29 ноября большое историческое достижение. Я не думаю так", - говорит Йосеф Кистер, историк из института Жаботинского. - "На деле это была делегитимацияеврейского государства, потому что еврейское государство без Иерусалима, урезанное государство с арабским меньшинством в 45% - у такого государства изначально не было права на существование. БОльшая часть территории этого государства, занимавшего 15 тыс. кв км, составляла пустыня. Границы были видимостью, и факт, что назавтра вспыхнула война".

Опасения смысла плана раздела отражены в дневнике Авивы Серены, молодой 20-летней сторонницы Бейтара, репатриировавшейся из Лондона. "Возгласы и крики ворвались в тишину дома", - описывает она на страницах, хранящихся ею до сегодняшнего дня. - "Я не поняла почему эта радость. Я не могла радоваться компромиссу. Зачем нам унижаться и быть благодарными за то, что нам подарили то, что и раньше было нашим? Но несмотря на это, было нечто волнующее в новостях. Возможно, это случай, когда "мельницы Всевышнего мелят медленно, но мелят мелко"! Мгновенно мы оделись и пошли танцевать и петь на улицах Бейт-Керема. Мы разбудили всех спящих и они быстро присоединись к нам. Мы пошли в пансион "Равив" и выпили слишком много! Все время я ощущала себя вне чувств... если бы мы получили государство на обоих берегах Иордана, тогда была бы причина радоваться"!

"Не обвинять народ"

Газетные заголовки, появившиеся назавтра, выражал разногласия в ишуве. В то время, как часть обсуждала зарождающееся еврейское госодарство и освещала радость на улицах больших городов, не было недостатка в выделявших пустую половину стакана. Главный заголовок ревизионистской газеты "а-Машкиф" (наблюдатель) гласил: "Принято решение о разделе Эрец Исраэль". Один из подзаголовков говорил: "Еврейские массы не смирятся с отрывом 85% земель Родины". В выделяющейся рамке на первой странице были фразы "Если забуду тебя, Иерусалим, - пусть отсохнет моя правая рука", "Потомству твоему Я дал эту землю - от реки Египетской до реки Евфрат" и "Два берега у Иордана, и оба наши".

"После 2 тысяч лет галута мир признал право еврейского народа на независимость в его Родине", - говорилось в редакционной статье. - "...но наша Страна разорвана и расчленена на куски. Корона нашей Родины - Иерусалим - украдена у нас. Город могил наших праотцев - Хеврон - передан арабам. Башан и Гилеад (прим.перев. - Заиорданье) - не наши. Верхняя Галилея, каждая пять которой полита кровью еврейских зелотов, отдавших свои жизни за независимость Родины, - будет во власти арабов. И если будем помнить и не забудем, что нашими руками произведена операция в теле нашей Родины, то в семеро увеличится наша боль и омрачит наше веселье".

Таков был и дух приказа, опубликованного ЭЦЕЛем: "Солдаты, сестры и братья, в ООН было принято решение о расчленении. И народ ликует. Не будем обвинять его. Его душа желает сбросить иго порабощения. Его душа жаждет независимости... Не будем обвинять народ. Но выйдем ему навстречу с поднятой головой и скажем: Мы, чья душа полностью отдана дню избавления, мы не рады, и в нашей печали - наше величие и наша историческая миссия. Потому что Родина не освобождена. Родина расчленена".
v Проф.Голани полагает, что сопротивление ЭЦЕЛя и ЛЕХИ было относительно незначительным голосом в еврейском ишуве тех дней. "То были организации "поршим" (прим.перев. - "раскольников" - произносилось левыми почти как "отщепенцев"). Маленькая группа, и то, что ее представители не вышли танцевать, не так уж ощущалось. Роскошь критики плана раздела было участью идеологизированных групп, не имевших реальной власти и ответственности".

Так или иначе, и те, кто выразили недовольство решением о разделе, не перевели это в активное сопротивление. "Бегин выразил уверенность, что в конечном итоге вся страна будет объединена подеврейским суверенитетом", - говорит Наор. - Он полагал, что закон истории приведет к тому, что раздел не продержится долго. Если развивают идеологию исторического детерминизма, обещающего нам, что то, чего мы хотим, произойдет на деле, то уменьшается желание активного противодействия. Надо также помнить, что наутро после голосования начались арабские беспорядки и что находящиеся на войне с врагом не воюют друг с другом".

"ЭЦЕЛ и ЛЕХИ не проводили операции, направленные против национальных учреждений, а те в свою очередь не относились к организациям раскольников так, как относились к ним во время "Сезона", - подытоживает Голани. - "Вместе с тем сам факт, что были люди, владеющие оружием и продолжавшие устаревшую войну против британцев - это могло поставить под угрозу еврейский ишув. Британцы реагировали на такие нападения, но в конечном итоге было сотрудничество между эвакуирующимися войсками и ишувом".

Один из лидеров ЛЕХИ Натан Елин-Мор описывал в своих трудах практический подход представителей ЛЕХИ: "ЛЕХИ не отвергает решение ООН до такой степени, чтобы объявить войну ООН. Страна к западу от Иордана будет разделена, несмотря на наше желание, на 3 части. Самое больное: Иерусалим будет вне границ еврейского государства. Иерусалим будет центром британских и международных интриг. Но в этом зле есть и хорошая сторона: в Иерусалиме есть твердое демографическое большинство для продолжения существования подполья и подпольной войны - в отличие от территорий, которые перейдут к арабам.
В наших сердцах не было сомнений - мы не будем создавать подполье в еврейском государстве. В газете "а-Маас" тех дней мы ясно заявили: "Мы были подпольным движением, воюющим с помощью оружия только против иностранного врага, иностранной власти, и если еще велика дорога к воплощению еврейской мечты и еще долго здесь будет править империализм скрытыми и замаскированными методами - мы принимаем власть еврейских суверенных властей. Мы признаем органы, избранные в свободной стране, в которой и нас не будет ждать тюрьма за расклеивание листовок" (Из книги "Борцы за свободу Израиля - люди, идеи, сюжеты")

Параллельно с этим подходом были и полагавшие, что подпольные организации должны произвести переворот, который приведет к активной борьбе за неделимую Эрец Исраэль. Один из лидеров ЛЕХИ д-р Исраэль Эльдад (Шайб) "выразил разочарование Бегиным именно потому, что тот отказался устроить путч в молодом государстве", - писал Йонатан Шапира в своей книге "Ты избрал нас для власти". После потопления судна "Альталена" Эльдад предложил Бегину идти в Иерусалим и объявить оттуда борьбу за свободное государство, которое будет простираться на всю территорию Земли Израиля. "Отказ Бегина Эльдад Объяснял непризнанием теории революции Эльдада, что привело Бегина к самоуничижению перед формальными признаками государства", - писал Шапира, цитируя самого Эльдада из его книги "Первая десятина".

Зеэв Жаботинский, внук лидера ревизионистов, объясняет линию Бегина: "В тот момент, когда было создано государство, он понял, что это "мамлахтиют" (общегосударственный подход), и он принимает его. Бегин был заинтересован действовать демократическими инструментами. Он не хотел объявлять войну, и поэтому и в истории Альталены сказал своим людям не стрелять".

ТАНАХ марксистов

К большому удивлению, и среди лево-центристских течений в ишуве были воздержавшиеся присоединиться к танцующим 29 ноября: представители движения Кибуц меухад (одно из кибуцных движений) и их лидер Ицхак Табенкин не смирились с разделом страны и полагали, что надо отвергнуть рекомендации UNSKOP даже, если это означает, что еврейское государство не будет создано. Табенкин даже предложил режим международного мандата при участии СССР и США (прим.перев. - это была идея Москвы) лишь бы Эрец Исраэль оставалась единой.

В канун голосования в ООН в газете партии Ахдут Авода (прим.перев. - одна из партий, вошедших наряду с МАПАЙ в Маарах-Аводу, была более левой и более милитаристской, чем МАПАЙ) появились 2 статьи без подписи под заголовком "Брит бейн бтарим". По словам Якова Цура, "это выражение придало теологический смысл приверженности целостности страны". Авторство статей он приписывает Табенкину, который отказывался смириться с планом раздела даже после того, как движение Кибуц меухад и партия Ахдут Авода уже выпустили плакат, говорящий, что они принимают план со смешанными чувствами - "сожаление из-за раздела и радость от создания государства". В тех неподписанных статьях говорилось, среди прочего: "Словесной глупостью крупных политиков отрываются части Родины и нокто не кричит. ... Никто не рычит как галилейский лев (прим.перев. - т.е. Трумпельдор): вся страна наша, Тель Хай, потому что холмы жизни отрываются от нас, переводятся за пределы черты оседлости".

В своей книге "Между морем и пустыней" описывает Яков Цур подход Табенкина к этому вопросу: "Он понимал, что решение принято. Хоть он противился ему, но полагал, что нет смысла бороться против него. Как верующий человек он не видел в этом окончательное решение, единая Земля Израиля была и оставалась в его мировоззрении существующей, вечной и неизменяющейся идеей, которая должна была осуществиться, если не сегодня, то в будущем".

"Табенкин и его люди не были религиозными в галахическом смысле слова", - объясняет нам Цур. - "Они были марксистами, но в решительном отказе Табенкина согласится с разделом страны была очень сильная религиозная основа. Он видел в ТАНАХе Книгу прав, смысл которых в том, что мы вернемся сюда и заселим заново Землю Израиля. Право не в смысле возможности прийти и искупить прошлое, а в возможности воплотить его в настоящем и будущем".

- Тот факт, что и среди правых, и среди левых были противники раздела, мог ли стать возможностью для сотрудничества между флангами?

"Это не стояло на повестке дня. Движение Кибуц меухад видело в ревизионистском движении самую острую противоположность ему. Даже если риторика была похожей, ее источники были различными: в то время, как Кибуц меухад подчеркивал основу халуцианства как путь, которым достигнем желаемое, ревизионисты высмеивали кибуцы и видели политику как путь к достижению государства".

Несмотря на выравнивание линии в отношении резолюции от 29 ноября, похоже, что даже для Бен-Гуриона прочерченные карты не были чем-то святым. Наоборот: Цур описывает в своей книге, как уже на первых этапах Войны за Независимость было ясно намерение расширить государство за пределы линий раздела. На заседании Народного Правления за месяц до вторжения арабских армий объявил Бен-Гурион: "Решения 29 ноября мертвы. Возможно, не надо говорить это решительно, но это урок реальности... Решения ООН не обязывают и не будем надеяться на них".

Аэцни указывает на то, что уже на этапе обсуждений комиссии Пиля склонялся Бен-Гурион (тогда председатель Сохнута - центральной организации еврейского самоуправления согласно британскому мандату) принять любое предложение о разделе, но рассматривал его как базу для будущего расширения. "Частичное еврейское государство - это не конец, а начало", - писал Бен-Гурион своему сыну Амосу в октябре 1937г. - "Создание государства, даже частичного, будет служить мощным рычагом для наших исторических усилий освободить всю Страну. ... Ввезем в страну всех евреев, насколько можно вместить, исходя из нашей глубокой веры, что можно вместить более двух миллионов. Создадим многоотраслевую еврейскую экономику - сельское хозыйство, ремесла, морское дело. Организуем усовершенствованную самооборону, избранную армию. У меня нет сомнений, что наша армия будет одной из лучших в мире - и тогда я уверен, что будрт препятствий заселить все остальные части страны - по согласию с арабскими соседями или иным путем".

Бен-Гурион также выразил сомнение в возможности ООН поддерживать законную силу своих решений. В статье, опубликованной в газете "Давар" в марте 1954г. по заголовком ""ООН и наша безопасность" писал Бен-Гурион: "Когда арабские государства открыто заявили, что уничтожат резолюцию от 29 ноября силой меча, то ООН не помогло сотрудничество между США и СССР и силы 33 государств, проголосовавших за резолюцию, и ни одна страна не ударила пальцем о палец, чтобы предотвратить вторжение арабских армий в Эрец Исраэль с корнем вырвать еврейское государство, за создание которого проголосовали более двух третей членов ООН. Если бы за молодое государство не воевала Армия Обороны Израиля, то государство было бы стерто с карты в первые дни своего существования.
...Сомнительно, будет ли справедливым обвинять ООН в этом. У этой организации нет полномочий. Нет возможности. Нет инструментов. ... Мы должны избавиться от глупой иллюзии, лишенной какой-либо основы, как будто вне страны есть какая-либо сила, которая будет защищать жизни наших граждан. Сила нашей самообороны - это наша единственная гарантия".

Оккупация превратилась в освобождение

Есть полагающие, что резолюция ООН о разделе вообще не была законной. "Это решение, не имеющее силы, пустой воздух, потому что противоречит международному праву", - говорит Зеэв Жаботинский (внук). По его словам, 80-й параграф Устава ООН постановляет, что до смены мандатной власти до "попечительской", как было запланировано, запрещается нарушать права, предоставленные обществу или общине на подмандатной территории. Параллельно, показывает он, хартия Лиги Наций о Британском мандате предоставила евреям политические права в качестве особо обязывающего пункта договора. "Само посылание комиссии UNSCOP было нарушением этих прав", - говорит Жаботинский. - "В 1947г. еще был британский мандат и Организации объединенных наций нельзя было нарушать наше право на суверенитет над существенными частями Эрец Исраэль. Резолюция 29 ноября ущемила права еврейского народа, и как таковая противоречит международному праву, какон выражен в мандатной хартии.
Также единственная организация, компетентная принимать решения от имени ООН, - это Совет безопасности в то время, как генеральная ассамблея может только рекомендовать. Поэтому надо сменить термин "решение о разделе" на "рекомендацию о разделе". Рекомендация принимается только, если обе стороны согласны с ней, - чего не было на деле, потому что арабы не приняли резолюцию. Если бы приняли, то это отняло бы у нашего права, и тогда в самом деле наше занятие Иудеи и Самарии в 1967г. было бы оккупацией, а не освобождением. Но арабы уже на этапе обсуждения сказали, что они решительно противятся предложенному разделу и что будут воевать против этого силой оружия. Они проиграли, и поэтому у нас есть государство".

Руководители ЭЦЕЛя и ЛЕХИ отрицательно относились к голосованию 29 ноября, но не предприняли формальных мер. Позже, придя к власти, они просто представили решение ООН не имеющим исторической важности. "Бегин не придавал значения тому голосованию по сравнению с Войной за Независимость и восстанием против британцев", - говорит Наор, бывший после "переворота" 1977г. секретарем правительства. - "Именно восстание против британцев и Война за Независимость привели, с точки зрения Бегина, к созданию государства. Он говаривал, что никто не подарил нам независимость - мы завоевали независимость кровью".

Ицхак Шамир в своем выступлении на Мадридской конференции в октябре 1991г. представил ход событий похожим образом: "Резолюция ООН о разделе была нарушена и на деле отменена. ООН не создала государство Израиль. Еврейское государство возникло потому что небольшая еврейская община, существовавшая в подмандатной Эрец Исраэль, восстала против чужой империалистической власти. Не чужую землю мы захватили. Мы отразили арабскую агрессию, предотвратили уничтожение Израиля".

И представление резолюции как катастрофы для еврейского народа приобретает другие пропорции по истечении нескольких десятилетий. "В самом ли деле решение ООН о разделе страны закрыло путь к возвращению к Сиону, как предупреждал Бегин? Ответ отрицательный", - писал Хагай егаль в этой газете в 2006 году. - "В течение менее двух лет репатриировались в страну 600 тысяч евреев - как число вышедших из Египта. Можно предполагать, что если бы резолюция ООН была реализована в том виде, в котором была сформулирована, репатриация была бы гораздо меньше, потому что не было бы места для приема. Но также можно предположить, что если бы Сохнут отверг резолюцию ООН и заупрямился о создании еврейского государства по обе стороны Иордана, то британцы оставались бы тут еще много времени".

"Оглядываясь назад я думаю, что Бен-Гурион был прав, приняв резолюцию ООН о разделе", - говорит Аэцни. - "Были люди, чувствовавшие, что это удар ножом в сердце, что мы согласились на такую малую часть, но то были личные чувства, которые не привели к политическому сопротивлению. Народ пошел на судьбоносную войну за независимость, будучи объединенным. Не потому что мы такие "объединенные", а потому что груз Катастрофы и груз всей еврейской истории лежал на наших плечах.
Никто не знал, что мы победим, что займем еще части Родины и освободим их от врага. Даже те, кто опасались, что очень быстро арабы составят большинство, ошиблись. Никто не знал, что арабы убегут и не было сионистского плана изгонять их. В сущности границы плана раздела не реализовались, потому что мы заняли много за их пределами. Можно ли было сказать в тот момент времени 29 ноября: "Мы отвергаем и не принимаем эту резолюцию, мы не заинтересованы, потому что речь там не идет о всей Эрец Исраэль? Ведь жажда собственного государства была настолько большой и достижение еврейской независимости после 1800 лет покрывало все".

("Макор ришон" 24.11.2017)

Перевел Моше Борухович