Maof

Tuesday
Oct 17th
Text size
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
Нынешний скандал cо вторым по счету представителем семейства Хазан в израильском парламенте ставит сразу несколько вопросов – безотносительно к тому, сколько у Орена Хазана накопилось долгов и чем именно он занимался в Болгарии: управлением легальным казино или организацией полулегальных клубничных малин с накокаиненными платными девочками.

Во-первых, я куда больше доверяю журналисту Амиту Сегалю (который, в отличие от многих других местных рыцарей телевизионного вранья и левой пропаганды, пока еще ни разу не отметился ни тенденциозной ложью, ни грубой клеветой), чем директору какого бы то ни было казино. Во-вторых, на мой пуританский вкус, даже законная связь с игорным бизнесом, вокруг которого всегда крутятся криминальные элементы, - далеко не самая лучшая рекомендация для членства в важнейших парламентских комиссиях по безопасности и по деньгам. Но дело, повторяю, даже не в этом, а в вопросах совершенно иного плана. Прежде всего, давайте разберемся, каким макаром подобные типы оказываются в Кнессете. Как известно, партийные списки формируются у нас тремя принципиально различными способами.

Первый (кандидаты подбираются и утверждаются комиссией духовных раввинских авторитетов) принят на вооружение партией религиозных ортодоксов и, в несколько меньшей мере, религиозными сефардами из ШАС. Как ни печально это слышать сторонникам секулярной демократии, но факты упрямая вещь: именно религиозные списки ведут себя самым дисциплинированным образом, практически не зная ни скандалов, ни видимых миру расколов. Более того, многие религиозные парламентарии зарекомендовали себя великолепными администраторами как на министерских постах, так и в комиссиях Кнессета. Достаточно вспомнить Авраама Шапиро, Менахема и Меира Порушей, Моше Гафни, Яакова Лицмана и многих других достойных депутатов, которые никогда не заставляли и не заставляют краснеть проголосовавших за них избирателей.

Второй способ (список определяется единолично очередным электоральным наполеончиком, волею случая и телевизионной рекламы вознесенным в ранг лидера партии-шлейфа) выглядит, напротив, наиболее проблематичным. Эти, с позволения сказать, «партии» всегда составлены из случайных людей, чьи деловые и человеческие качества, как правило, оставляют желать много лучшего. Вышеупомянутые наполеончики обычно попадают на свое рублевое место в результате стечения обстоятельств: кто-то умело играет на настроениях своей этнической группы (как Ивет Либерман, а ранее Натан Щаранский), кто-то удачно выкрикивает популистские лозунги (как генерал Рафуль, пенсионер Рафи Эйтан, танкист Авигдор Кахалани или демагог Кахлон), а кто-то просто хорошо «проходит экран» (как папаша и сынишка Лапиды). Всё это мало помогает в умении отличить честного и дельного человека от мошенника и льстеца – в итоге, в списках партий-шлейфов непременно оказываются клоуны, лгуны и мерзавцы, позорящие не только своего наполеончика (этот-то - хрен с ним, кого он волнует…), но и Кнессет, и Страну - то есть нас с вами. Заняв министерские должности, они либо совершают экстравагантные поступки, вводящие в ступор вверенную им структуру (недавние примеры тому – Яир-губки-бантиком-Лапид и Шай-ура-я-похудел-Пирон), либо заняты интенсивным ничегониделанием (как бывший провальный глава ШАБАКа Яаков-плейбой-Пери или кукольная клуша Яэль-барби-Герман).

Превосходство первого варианта над вторым настолько велико, что выбор между двумя альтернативами кажется очевидным. И правду сказать, в первые десятилетия государства списки практически всех партий создавались так называемыми «формирующими комиссиями». К несчастью, теперь ситуация в корне иная. Секулярная часть общества давно уже не в состоянии выставить комиссию, аналогичную собранию религиозных авторитетов. Во-первых, в светской среде не осталось по-настоящему авторитетных личностей. На кого прикажете положиться? На обмельчавших политических лидеров? На попку европейских леваков Амоса Оза? На седовласого коммуняку Ури Авнери? На бесстыжего узурпатора, отца судейского активизма Аарона Барака? На прочих псевдоинтеллектуалов, вдрызг дискредитировавших себя антиизраильскими выпадами и прямой клеветой? Спасибо, не надо…

Но есть и другая, более глубокая причина: отсутствие внятно артикулированной системы ценностей, с которой могли бы ассоциировать себя большие группы секулярных избирателей. Не то чтобы в ортодоксальной среде вовсе не было разногласий – есть, и довольно существенные, до драки доходящие. Но эти яростные споры ведутся, как правило, по второстепенным поводам, типа правильного размера штреймла и нужной длины панталон, в то время как в целом религиозное общество дружно консолидируется вокруг одного непререкаемого ядра главных ценностей служения и веры – то есть именно вокруг того, чего нет и пока еще не предвидится у светских.

Этим, собственно, и объясняется появление Третьего варианта составления партийных списков – праймериз. Эта система считается наиболее демократической, то есть лучшей из худших. В принципе, так оно и было бы, если бы не язва «исправляющей дискриминации», которая в значительной степени выхолащивает истинно-демократический характер прямых внутрипартийных выборов. Речь идет о так называемых «закрепленных» местах, заранее отводимых женщинам, молодежи, представителям регионов, нацменам, инвалидам, лесбиянкам-геям-бисексуалам-трансгендерам, водопроводчикам, аутистам, городским сумасшедшим, курителям травки и т.д., и т.п. (я не уверен в актуальности всех пунктов этого длиннющего перечня, но даже если их нет там сейчас, в будущем непременно появятся). В результате, в честное соперничество хорошо известных публике политиков метеорами врываются самые разнообразные, большей частью, малоподходящие тела, подобные Орену Хазану.

Хазан претендовал на «молодежное» 30-е место в списке и был одним из всего-навсего двух претендентов. Почему так мало? Потому что накануне ликудовских праймериз, состоявшихся 31 декабря 2014 года, никто и помыслить не мог, что партия получит 30 мандатов – реальными, да и то с большой натяжкой, считались 24-26 места. Тут нужно учесть еще один немаловажный момент: единственным конкурентом Хазана оказался Шай Малка, секретарь фракции «Еврейское руководство», то есть человек, связанный с Моше Фейглиным, которого в тот момент интенсивно выпроваживали (и в итоге, выпроводили) из Ликуда по прямому указанию председателя партии Биньямина Нетаниягу. Интриги вождя возымели действие: Малку прокатили (он получил всего 5068 голосов – пощечина, если учесть его реальные заслуги перед Ликудом). Зато выскочивший, как чертик из табакерки, Хазан набрал на 900 голосов больше и тем самым застолбил за собой не только 30-ый номер партийного списка, но, как выяснилось позднее, и звание депутата Кнессета. Вот таким макаром.

Не правда ли, поучительная история? Кто-то может сделать из нее вывод о принципиальной порочности системы демократических праймериз – ведь Хазан пролез в Кнессет по итогам внутрипартийных выборов. На самом деле, всё обстоит ровно наоборот: хазан-сбой произошел не благодаря демократической процедуре, а вопреки ей - вследствие заражения процесса политкорректным ядом «исправляющей дискриминации». Ведь многие известные политики (такие, как Мики Рацон) получили на праймериз намного больше голосов, но в список, тем не менее, не попали. Вывод: в демократии любые, даже самые благонамеренные отклонения от правила прямой и равной конкуренции неизбежно ведут к торжеству коррупции, к параду ничтожеств, к поражению общества в целом.

Другой вывод относится персонально к Нетаниягу: тот, кто берет на вооружение недостойные методы политической борьбы, в итоге сам же от них и страдает. Да, он избавился от «фейглинцев», которые, хоть и критиковали политику премьера, ни разу не выступили против него на решающих голосованиях в Кнессете и никогда не унижали свой статус шантажом, требуя постов и синекур. Но что Нетаниягу получил взамен? Наглого шантажиста, который, едва вступив в здание Кнессета, с ходу выбил себе посты заместителя спикера (напомню – в определенных ситуациях зам спикера может превратиться в высшее лицо государства) и члена наиболее престижных парламентских комиссий! А теперь еще и этот скандал, угрожающий сократить количественный состав коалиции с 61 мандата до 60… Свойственная Нетаниягу паранойя в очередной раз сыграла злую шутку со всем национально-консервативным лагерем.

Отвратная история с Ореном Хазаном должна стать уроком и для тех потенциальных избирателей партии Беннета, которые в последний момент переметнулись к Ликуду. Это ведь на их голосах въехал в Кнессет бывший директор бургасского казино… Не Нир Орбах, не Моти Йогев, не Ави Ворцман – хорошо известные политики с именем, с многолетним опытом работы в государственных учреждениях, с реальными заслугами в реальном строительстве Страны – а мистер Никто, ничтожный хлестаков, щелкунчик с сомнительным прошлым. Вы этого хотели, господа? Если нет, то хотя бы усвойте на будущее: «умные» соображения типа приводят в демократии к принципиально дурацким результатам. На демократических выборах не надо кроить, рассчитывать, прикидывать, что называется, хвост к носу. Голосуйте за тех, кому и в кого верите, либо не голосуйте вовсе – это, по крайней мере, избавит вас от ответственности за последующий позор.

http://alekstarn.livejournal.com/119022.html